— Давайте мы вас сейчас покажем врачу! — предложила Настя. — Здесь в городе есть неплохой врач, ливанец.
— Лучше к нам, на «Ангарск»! — уверенно заявил моряк. — Наш Гриша — отличный доктор! Даже в море делал операции.
Ольга вдруг поддержала его:
— Конечно, к нашему! Какой тут разговор! Только к нашему! Хватит мне на сегодня Африки!
На море было волнение. Ветер с океана гнал к берегу крутые гривастые и напористые валы, у бетонных плит мола, ограждающего порт, грохотал прибой и вздымались высокие фонтаны брызг. Море выглядело неприютным и тревожным.
— Ишь, как закручивает! — озадачился рулевой, выводя катер из створа мола в открытый океан. — Три часа назад, когда мы шли в порт, потише было.
Антонов подумал о тех парнях, которые по заданию диспетчера на веслах добирались до «Ангарска». Лихо им пришлось. И решил, что завтра непременно зайдет к диспетчеру, чтобы поблагодарить.
Катер крепко швыряло на волне, и Антонов вскоре почувствовал, как отяжелела голова, временами казалось, что желудок подступает к самому горлу.
На рейде, дожидаясь причала, стояло пять судов, примерно одного размера — среднячки. Утром, когда Антонов смотрел на них из окна портовой диспетчерской, отыскивая в этой компании «Ангарск», суда располагались бортом к берегу, четко впечатывая свои силуэты в солнечную гладь океана. Сейчас все до одного стояли носом в океан, к ветру и трудно было понять, который из них «Ангарск».
— Шторм будет! — сказал матрос.
Ковылять по волнам пришлось почти час — «Ангарск» стоял на рейде дальше других. Этот час дорого обошелся Антонову. В душе он проклинал себя за то, что надумал отправиться на судно — пускай бы капитан сам приехал на берег! Все равно формальности придется делать в порту. Судорожно цепляясь за борт вихляющегося на волне катера, Антонов каждую секунду ждал, что его стошнит. А Ольга сидела у другого борта как ни в чем не бывало, прищурившись под порывами лобового ветра, глядела вперед, и только временами краем белого шелкового платка, которым повязала голову, обтирала лицо — с гребней волн ветер срывал тяжелые, как дробь, брызги и бросал в катер. Ольга даже улыбалась временами в ответ на шутки рулевого, который вовсю старался отвлечь гостью, чтоб не боялась…
— …«Поедем, красотка, кататься! Давно я тебя поджидал…» — хрипло выжимал из себя рулевой.
Ольга смеялась:
— Ничего себе катание! Как по ухабам!
Несмотря на болтанку, на лице Ольги нет и признака недавнего испуга. Должно быть, забыла про уколотую ногу. На «Ангарск» ей попасть, наверное, хотелось — нарядилась в свою любимую длинную ситцевую юбку с пестрым африканским рисунком.
Издали, особенно с кормы, «Ангарск» казался маленьким, но когда катер подошел к нему вплотную, черный борт судна навис над ним грозным утесом трехэтажной высоты.
При таком волнении спустить с борта парадный трап невозможно, а по веревочному забраться непросто, тем более женщине. Капитан, увидев в катере нежданную гостью, дал команду спустить с борта трапецию с двумя крюками, чтобы поднять пассажиров вместе с катером. Катер взлетал на гребень волны, проваливался в глубокие ямы, тяжелые стальные крюки трапеции со свистом, как снаряды, проносились над головами пассажиров, моторист нервничал, кричал: «Берегись!» Вместе с рулевым он долгое время безуспешно пытался поймать крюки, чтобы продеть их в проушины на носу и корме, но это не удавалось. Суденышко то относило от «Ангарска» в сторону, то стремительно бросало к борту, и, чтобы его не разбило в щепы о стальную обшивку теплохода, матросам приходилось хватать багры, напрягая все силы, отталкиваться от этой опасной близости. Наверху у борта «Ангарска» собралось много людей, они что-то кричали, махали руками, капитан в мегафон давал команды экипажу катера: «Ближе, ближе! Осторожнее! Назад! Назад! Багры уберите! Еще разок подайте!»
Антонов чувствовал, что он из последних сил противостоит неотступной тошноте, — губы высохли, потрескались, он не мог понять, то ли на них кровь, то ли морская соль. А Ольга сохраняла полную невозмутимость. Длинная юбка насквозь промокла, прилипла к бедрам, ветер сорвал с головы платок, и пряди мокрых волос падали ей на лицо. А ведь прежде чем поехать в порт, она целых полчаса подкрашивала глаза и укладывала волосы. Вот и пойми женщину! От укола колючки чуть ли не в обмороке была, а сейчас, когда в любой момент они могут пойти на дно, даже улыбнулась и приветливо махнула рукой кому-то из тех, кто орал сверху.
Наконец неизменно ускользающие крюки были пойманы, вдеты в проушины, и в то же мгновение стрела, натянув трос, вырвала катер из пасти очередной волны, быстро потащила вверх, к уровню нижней палубы. Здесь, у борта, их ждало перепуганное начальство «Ангарска» — капитан, его помощники, даже врач в белом халате был наготове.
