Теперь оставалось только перешагнуть полуметровый проем между бортом висящего на тросе катера и бортом судна. Первой предстояло это сделать Ольге. «Давай!» — крикнули ей, и Ольга смело шагнула вперед. Но как раз в этот момент «Ангарск» под напором большой волны вдруг стал медленно ложиться в глубокий крен, висящий на тросе катер отвело от борта судна, проем под ногами Ольги стремительно расширился, и в какой-то миг Ольга оказалась над пропастью почти без опоры. Протянутые с судна руки успели подхватить ее, но произошло непредвиденное — пола длинной юбки зацепилась за уключину, и Ольгу вместе с катером рвануло обратно. Внизу зияла пропасть, на дне которой шипел океан.
Уже потом перепуганные, взбудораженные моряки никак не могли вспомнить, кто же первым успел ухватить Ольгу за ее отчаянно выброшенные вперед руки и рвануть на себя в раскрытую дверцу в фальшборте.
На палубе ее сразу же окружили, она была бледна, но в ответ на хор возбужденных голосов отвечала нервным смехом, рассматривая порванную полу юбки, сетовала:
— Надо же, какая дура! Какая растяпа! Порвала!
Антонов, которому удалось довольно просто перешагнуть на борт «Ангарска» вслед за Ольгой, долго не мог прийти в себя от испуга за жену, чувствовал, как у него ослабли колени — захотелось присесть.
Среди встречавших был высокий худой человек с маленькой седеющей, стриженной под бобрик головой и спокойными начальственными глазами, упрятанными в густую сеть морщинок на темной загорелой коже. Было ясно, что это и есть капитан Гарин.
Капитан, по-старомодному согнув локоть, галантно предложил Ольге руку и медленно повел по палубе.
— В океане на грузовых пароходах длинные платья нынче не в моде, мадам, — сказал ей с кроткой улыбкой.
Ольга о чем-то пошепталась с капитаном, тот подозвал одного из матросов:
— Проводи гостью в наш бытовой отсек! — повернулся к Антонову. — Как требует порядок, сначала я покажу вам судно, потом поговорим о деле, а уж затем — все такое прочее…
«Все такое прочее», разумеется, капитанский ужин. И можно было заранее предполагать, обильный.
Сколько раз Антонова водили по судам! И все равно интересно. «Ангарск» судно современное, польской постройки, специально сконструированное для работы в тропиках. Кондиционная установка работала превосходно — по коридорам гуляли северные ветры, и Антонов в своей мокрой рубашке поеживался от холода.
Осмотрели ходовую рубку, кают-компанию, каюты для рядового состава, камбуз, где в клубах пара колдовал над кастрюлями худющий молодой кок в белом колпаке, спустились в просторное машинное отделение, которое напоминало цех большого завода.
Объяснения давал сам капитан, и Антонов по его тону понял, что судном своим капитан гордится. Встречавшиеся по пути люди приветствовали Гарина подчеркнуто почтительно. Он отвечал вежливо, но суховато. Должно быть, крепко держит в руках своих подчиненных, подумал Антонов, поглядывая на высокую фигуру капитана, отмечая его неторопливую хозяйскую походку, сдержанную, хорошо взвешенную речь.
Показав судно, он привел Антонова в свою просторную каюту, которая состояла из довольно вместительной гостиной с длинным обеденным столом и уютной спальни с широкой, как в гостинице, кроватью.
В углу гостиной стоял небольшой кофейный столик в окружении трех кресел и дивана.
Раздался стук в дверь каюты. Вошли двое из комсостава, высокие, в рост капитана, молодые люди и с ними Ольга. За полчаса где-то в глубинах судна она успела высушить и выгладить кофточку и юбку и более-менее привести в порядок прическу.
— Знакомьтесь, — представил капитан вошедших, — мой первый помощник — Игорь Викторович, старший механик Юрий Акимович.
Помполит был похож на итальянца — длинное узкое лицо, черная шевелюра, черные, хорошо выписанные брови и неожиданно белая, нежная, почти женская кожа. У стармеха же была круглая голова с оттопыренными ушами и простодушная рябоватая физиономия.
Капитан сделал приглашающий жест в сторону дивана и кресел:
— Как относительно кофе?
На столике уже заранее были расставлены чашки и поблескивал никелем кофейник с длинным узким горлышком.
— Так вот, — сказал капитан, когда кофе был разлит по чашкам. — Четыре дня назад случилось ЧП…
