До того дня сестры держались словно чужие. Они завидовали друг дружке и имели очень мало общего. Минналуш всегда была интеллектуалкой, Морриган — спортсменкой. Девушки воспитывались в разных школах-интернатах и виделись довольно редко. В тот вечер, когда из сада в дом проникал запах любимых роз матери, а пение скрипки будоражило память, вызывая детские воспоминания, между сестрами состоялся откровенный разговор — первый за все время. И тут они сделали открытие: оказывается, несмотря на все различия, их обеих влекут магия и мистика. Две сестры с разных концов двигались к одной цели, находились на одной и той же тропе. Избранный ими путь с годами трансформировался в необычайно смелый проект.
Проект — или «игра», как они его называли, дабы смягчить определение, — постепенно стал главным занятием обеих женщин, движущей силой в их жизни. Чтобы скрепить свое соглашение, Морриган и Минналуш сделали иероглифическую монаду Джона Ди своим персональным знаком, который служил превосходным символом игры.
Юношеское соперничество было забыто. Сестры вкладывали в игру свои особые таланты: Минналуш — блестящий ум и гениальные творческие способности, Морриган — глубокие знания в сфере оккультизма. Со временем пригодился и ее дар дальновидения.
Венцом совместных стремлений сестер Монк была мировая душа, «анима мунди» — ослепительное озарение, после которого им откроются великие тайны Вселенной. Для этого они и решили построить дом миллиона дверей.
В ходе своих исследований Минналуш познакомилась с работами таких мастеров памяти, как Джордано Бруно, Джулио Камилло, Раймонд Луллий. Изобретательность, эрудиция и таинственная оккультная философия, составлявшие основу их систем памяти, заворожили Минналуш. Если человеческое сознание является блеклым отражением божественного разума, то эти люди действительно приблизились к священному откровению. Сестры прилагали все усилия, чтобы добиться такого же состояния духа.
За двадцать два года им удалось возвести дворец памяти, подобного которому не существовало в истории. Архитектором была Минналуш, она же собирала информацию. Ее математические способности играли ключевую роль в конструкции системы. Морриган, в свою очередь, использовала магию. Руководствуясь строгими принципами чародейства, она превращала образы во дворце в мощные талисманы.
Кирпичик за кирпичиком, дверь за дверью, предмет за предметом сестры создавали информационную систему, заключенную в оболочку бело-серого мозгового вещества, — систему столь же огромную, как Вселенная, и глубокую, как человеческий дух. Они назвали ее «Ключ Прометея».
Но затем все пошло вкривь и вкось.
— Робби… — задумчиво произнесла Минналуш и умолкла.
Наконец-то добрались до главного, подумал Габриель.
— Нам не следовало принимать его в игру.
— Вы специально его выбрали.
Габриель знал, что его голос звучит резко, но ничего не мог с собой поделать. Роберт оказался для сестер легкой добычей. Несомненно, юноша, ослепленный их очарованием, быстро попался на удочку…
— Габриель, пойми, мы не соблазняли его, — взволнованно проговорила Минналуш. — В отличие от тебя Робби уже был на пути познания.
— Вы же знали, что задача ему не по силам, что он не дойдет до цели.
Минналуш энергично замотала головой.
— Совсем не важно, дойдешь ли ты до цели. Участвовать в игре — все равно что наносить удары по гранитной глыбе размером с Вселенную, высекать искры божественного огня. Узреть чудесные искры — само по себе большая награда. Робби все отлично понимал. Он сознавал, что никогда не достигнет того уровня мастерства, которым владеем я и Морриган, но…
— Что «но»?
— Примерно через год после того, как Робби начал изучать «Искусство», к Морриган пришло прозрение, — Минналуш говорила с трудом, — и она изменила ход игры. Морриган решила использовать свой дар дальновидения и постепенно переносить фрагменты дворца памяти из своего разума в разум Робби. Таким образом, то, на что в обычных обстоятельствах потребовались бы годы, он мог постичь за считанные минуты. С каждым сеансом переноса объем его памяти увеличивался в геометрической прогрессии, каждый раз он совершал гигантский прыжок вперед.
— Расчет сработал?
