Это случилось незадолго до его исчезновения. Разумеется, Габриель счел бы подобный шаг как минимум неожиданным, а вот Фрэнки не находила ничего странного в том, что ее пасынок запросто отдал чужим людям вещь стоимостью в три тысячи фунтов. «Под настроение Робби мог выкинуть что угодно, — пожимая плечами, констатировала Фрэнки. — Сегодня ему взбредало в голову присоединиться к движению современных луддитов, назавтра — что-нибудь еще».
Компьютером пользовались обе сестры, но проверка почтовых ящиков разочаровала. Ничего интересного — сообщения от друзей, деловых партнеров и — насколько он определил — ни одного письма, полученного или отправленного в адрес Роберта Уиттингтона.
Надеясь, что в переписке может содержаться кое-какая полезная информация, Габриель начал открывать документы в случайном порядке. Ничего криминального. Файл с названием «Счета» содержал именно счета, то есть подробный перечень хозяйственных расходов, хотя, надо признать, итоговая цифра заставила Габриеля присвистнуть. Сестры явно не экономили.
Он двинулся вниз по списку файлов и вдруг замер. «Дневник». Есть! То, что надо. Габриель навел курсор на файл и дважды щелкнул. На этом легкая часть работы закончилась. На дисплее высветилось окошко с просьбой ввести пароль. Доступ запрещен.
Пароли, однако, не всегда обеспечивают надежную защиту. Если знаешь человека, в чей компьютер собираешься залезть, пароль порой совсем нетрудно угадать. Большинство владельцев домашних ПК используют в качестве паролей слова, связанные с повседневной жизнью и интересами. Но Габриель не общался с сестрами и понятия не имел, чем они занимаются, поэтому просто попробовал набрать их имена — кстати, еще вопрос, как правильно пишется «Минналуш», — и, не добившись успеха, признал свое поражение.
Он откинулся на спинку кресла и сцепил руки за головой. Итак, он в тупике. По крайней мере, сейчас. Однако уже сам факт того, что дневник — единственный защищенный паролем файл, говорит о многом. Нужно посоветоваться с Исидором и разработать план. Возможно, им удастся получить доступ к файлу, запустив по электронной почте «троянского коня» — специальную вирусоподобную программу. Правда, сделать это тоже непросто. На панели задач дисплея висел значок «Антивируса Касперского». «АВК» — безусловно, лучшая программа, вирусы и трояны вынюхивает не хуже ищейки. Исидору придется попотеть.
Габриель повернулся в кресле к дисплею «Макинтоша». Может быть, со второй машиной ему повезет больше. Он нажал клавишу ввода, и скринсейвер исчез, открыв экран. Странно. Во-первых, отсутствовало подключение к Интернету. Во-вторых, по всей видимости, на компьютере работали с одним-единственным документом. Файл назывался «Ключ Прометея». Так-так, занятно. В Оксфорде Габриель прошел курс истории культуры и считал себя до некоторой степени любителем классики. Если память ему не изменяет, Прометей похитил у олимпийских богов огонь и отдал его людям, открыв путь к знаниям. За это по приказу Зевса был прикован к скале и обречен на постоянные муки: прилетавший каждый день орел клевал его печень, которая за ночь отрастала снова. Да уж, с греческими богами шутки плохи.
Без особой надежды Габриель дважды щелкнул мышкой по файлу. Никаких неожиданностей — доступ к документу закрыт.
Два файла, защищенных паролями. Ими обязательно стоит заняться. Только вот в случае с «Макинтошем» есть одно существенное затруднение. Поскольку на машине отсутствует выход в Интернет, они с Исидором не смогут получить доступ к содержимому компьютера извне, через удобное широкополосное соединение. Чтобы взломать систему, Габриелю придется вернуться сюда еще раз. Перспектива его отнюдь не прельщала, он предпочитал работать на расстоянии.
Сегодня из компьютеров больше ничего не выжать, тратить время не имеет смысла. Габриель бросил взгляд на часы и удивился: прошло уже сорок минут. Он начал подниматься с кресла и застыл как вкопанный. Справа на полке, на уровне глаз, стояла стеклянная коробочка, освещенная слабым лиловатым светом. Дно коробочки было выложено галькой, песком и обломками камней. Пустыня в миниатюре, жутковатый пейзаж. На камне, изящно шевеля мохнатыми лапками, будто привидение, покачивался здоровенный паук, один из самых больших, каких Габриелю доводилось видеть.
Он сглотнул. Создание казалось нереальным, как фантом или кошмарный сон. Габриель почувствовал мощный прилив адреналина. Его мозг отреагировал на вид членистоногого нервным импульсом непосредственно из мозжечка в обход аналитической части разума.
