Внутри стояла тишина. Я на цыпочках поднялась по лестнице, рассчитывая найти местечко, где я могла бы просидеть до вечера. Спальни располагались на верхнем этаже. Двигаясь по застеленному ковром коридору, я вдруг услыхала шум. Негромкий стон. Волоски у меня на руках приподнялись, но не от страха, а в предвкушении чего-то особенного…
Дверь была приоткрыта, я распахнула ее шире. Петли не скрипнули, поэтому пара в комнате не заметила девочку подростка, которая жадно наблюдала за происходящим. Они занимались любовью. Блондинка и темноволосый мужчина из числа гостей. В церкви они сидели на скамье впереди меня. Женщина была в шляпке, изящно обрамлявшей лицо с тонкими чертами. Она отличалась томной, немного анемичной красотой. Ее партнер, наоборот, обладал белозубой, бесшабашной улыбкой; его жизненная сила ощущалась почти физически. Несмотря на строгость стандартного официального костюма, в нем чувствовалась некая необузданность. Сразу было видно, что дразнить этого зверя опасно. Однако риск — лучший афродизиак, не так ли? Даже в том возрасте я инстинктивно это понимала.
Когда невеста вошла в церковь, он обернулся и на мгновение наши взгляды встретились. У него было завораживающее лицо: полные губы, синеватая щетина, пробивающаяся на щеках, темные глаза с длинными ресницами. Он посмотрел на меня, словно оценивая, — пожалуй, не так, как взрослому мужчине подобает смотреть на тринадцатилетнюю девочку, но без похоти. Скорее это был кивок — признание во мне женщины, в которую я превращалась, восхищение, щегольской салют. Я зарделась. Тогда я впервые почувствовала в себе силу, которую несет с собой женственность.
Затаив дыхание, я стояла в дверях спальни, и в груди у меня теснилось сладкое томление. Блондинка сидела на коленях у мужчины, сцепив ноги у него за спиной и прижимаясь к нему роскошными грудями. Его кожа была темной от загара, ее — сливочно-белой. Он придерживал ее затылок, как будто принуждал к подчинению. Мужская рука, требующая покорности, и склоненная женская голова свидетельствовали о восхитительной игре в рабыню и господина. Внутри у меня все трепетало. Женщина медленно, лениво двигалась вверх вниз. В комнате стоял запах молочной сыворотки — теплый, влажный.
