Nam et ipsa scientia potestas est. (Знание само no себе есть сила.)
Сила не в знании, сила в программном коде.
На премьере «Ромео и Джульетты» мужчины были в смокингах, дамы — в вечерних туалетах, публика угощалась дорогим шампанским. Правда, очень скоро выяснилось, что интересы сестер Монк весьма разнообразны. В течение недели Габриель сопровождал их еще трижды. Вместе они побывали на поэтическом вечере «открытого микрофона», посетили турнир по кикбоксингу в Эссексе, а также устроили пикник на кладбище. Надо отметить, кладбище было не простым, а Хайгейтским, где нашли упокоение Карл Маркс, Кристина Россетти, Джордж Элиот и Майкл Фарадей.
— Кроме того, здесь обитает призрак Люси Вестенра, — сказала Морриган. Она сидела на траве, скрестив ноги, держала на коленях тарелку с сэндвичами и никак не могла выбрать, какой бутерброд съесть — с огурцом или с майонезом. Прочитав на лице Габриеля немой вопрос, она пояснила: — Это из «Графа Дракулы».
Несмотря на расслабленную позу, Морриган держала спину прямо. Она почти никогда не сутулилась, и даже в моменты отдыха в ней чувствовалась скрытая энергия. Рядышком, подобрав под себя ноги, пристроилась Минналуш. Ее рыжие волосы были стянуты в небрежный узел, и она деловито пыталась откупорить винную бутылку. Габриель понимал, что должен предложить помощь, но Минналуш выглядела так очаровательно — бутылка зажата в руке, кончик языка от усердия высунут наружу, — что он не решился прервать ее занятие. Глядя на двух сестер, сидящих бок о бок, Габриель ощутил душевный подъем.
— Дракула?
— Да. Брэм Стокер черпал вдохновение на Хайгейтском кладбище.
Морриган прикрыла глаза и нарочито скорбным голосом начала декламировать:
— «"Он молод и здоров, тут хватит поцелуев на всех нас…" Светлая дева подошла ко мне и наклонилась надо мною так близко, что я почувствовал ее дыхание. Оно было какое-то сладкое, точно мед… но в этой сладости чувствовалась горечь, отвратительная горечь, присущая запаху крови…»
Морриган замолчала и распахнула изумительные синие глаза. Не успел Габриель опомниться, как Минналуш подхватила монолог, очевидно, с того места, где остановилась сестра.
— «Она наклонялась все ближе и ближе, облизывая при этом свои губы, как животное; при свете луны я заметил, что ее ярко-красные губы и кончик языка, которым она облизывала белые острые зубы, обильно покрыты слюной. Ее голова опускалась ниже и ниже, и губы ее, как мне показалось, прошли мимо моего рта и подбородка и остановились над самым горлом. Кожей я ощутил какое-то щекотание и прикосновение двух острых зубов. Я закрыл глаза в томном восторге и ждал, и ждал, трепеща всем существом».
— Ну ничего себе! — Габриель переводил изумленный взгляд с одной женщины на другую. — Что это было?
— Бедный Джонатан Харкер, отбивающийся от суккубов графа Дракулы. Очень эротично, не находишь?
— Еще бы. Это из книжки?
Морриган кивнула.
— Писатели-викторианцы знали, как соблазнительны сексуальные игры садомазо, тут надо отдать им должное.
— Эта книга, пожалуй, особенно хороша. Она что, лежит у тебя на прикроватной тумбочке?
— Может, Минналуш и держит ее у себя под подушкой, но лично я не перечитывала «Дракулу» со школы.
— Я тоже, — закивала Минналуш. — Честно говоря, в мои четырнадцать граф Дракула был для меня кумиром из кумиров — темноволосый, красивый, с отличными зубами. К счастью, я повзрослела, и моим мужчинам уже не обязательно отличаться такой экзотичностью.
Минналуш расхохоталась и хлопнула ладонью о ладонь сестры в импровизированном салюте.
Габриель тоже рассмеялся, однако замечание привело его в легкое замешательство. В то время как он с трудом может запомнить номер собственного телефона, эти женщины, по-видимому, дословно цитируют целые куски текста, да еще из книги, которую не открывали много лет. Впечатляет и… чуть-чуть пугает.
Минналуш наконец удалось справиться с бутылкой. Пробка вышла с приятным скрипом.
— Габриель, выпьешь немного?
Он заметил, что на бутылке нет ярлыка, и подозрительно понюхал темно-красную жидкость.
— Что это такое?
— Ягодное вино. Морриган сама его готовит.
Габриель осторожно пригубил напиток. Вино оказалось на удивление превосходным.
