Хаган бродил по комнате, осматривая медные бра и изящную деревянную мебель. Я собиралась сказать ему, чтобы он ничего не трогал, но вдруг в комнату вернулась советник, сопровождаемая худой женщиной в сером платье.
– Бретта покажет вам ваши комнаты.
Советник поклонилась и вышла из комнаты.
– Пойдемте, – сказала Бретта, глядя на нас так, как будто она учуяла что-то плохое. Возможно, у нее просто такая форма ее лица – оно скрюченное и сморщенное, как увядший персик.
– Там будет еда? – спросил Хаган, когда мы проследовали за ней в коридор.
Она фыркнула.
– Конечно.
Мой желудок сжимался, но на этот раз не от страха, а от голода. Я шла в ногу с Хаганом, а Тэм – позади нас. Мы следовали за Бреттой по длинному, освещенному факелами коридору. В камне были вырезаны узкие щели, впускающие потоки холодного свежего воздуха, пахнущего древесным дымом и снегом. От облегчения у меня закружилась голова – мне не придется снова преодолевать черную винтовую лестницу башни.
– Я буду плакать от радости, если там будет утка.
– Хорошо, если нас не бросят в подземелье и не накормят помоями, – заговорщически прошептал Хаган.
– Не искушай их, – сказала Тамсин, довольно сильно подтолкнув Хагана.
Мы следовали за женщиной вверх и вниз по пологим лестничным пролетам, по пустым коридорам и по глухим углам, пока не оказались так глубоко в замке, что не оставалось никакой надежды найти выход. Может быть, она вела нас в подземелья.
Но нет, конечно, нет. Бретта остановилась посреди длинного коридора с прорезями для окон с одной стороны и с тяжелыми дубовыми дверьми с другой. Пол устилали узкие малиновые ковры. Ветер стал холодным, и я постаралась не дрожать.
– Сэр, ваша комната, – произнесла она хриплым голосом.
Хаган слегка надулся оттого, что его назвали сэром.
Но он не открыл дверь. Мы обменялись взглядами. Пусть мы и гости, расставание казалось опасным.
Маленькие темные глазки служанки ничего не упускали.
– Юные леди будут рядом, вон там, – сказала она, указывая на две следующие двери.
Факел рядом с нами замерцал от моего выдоха. Хаган кивнул.
– Спасибо, – он повернул ручку. – Давайте приведем себя в порядок. А потом встретимся в твоей комнате, Эвра, чтобы обсудить наши, э-э, планы.
Он снова бросил взгляд на Бретту.
– Я прикажу принести еду в комнату Ясновидящей, сэр, – сказала старуха. Она ушла прежде, чем мы успели ее поблагодарить.
– Ты гостья короля, Эвра. Сейчас нам нечего бояться, – сказала Тэм, увидев выражение моего лица.
Это «сейчас» меня и беспокоило.
С легким вздохом подруга вошла в свою комнату. А после того как и Хаган исчез в своих покоях, я осталась совершенно одна. Маслянистое пламя висящего на стене факела согревало мои щеки, а дующий снаружи ветер холодил мою спину. Смесь едкого дыма и пронизывающего ветра обожгла мои легкие, но я все равно на мгновение замерла и впитала тишину. Приятно было ощутить облегчение после долгого путешествия и встречи с королем.
Нетерпеливое урчание в животе заставило меня двигаться.
Как только я закрыла за собой дверь, холодный сквозняк из коридора сменился теплом бушующего в большом камине огня. Перед ним стояла отсвечивающая золотисто-красным медная ванна. В слегка дымящейся воде плавали бледно-розовые и желтые лепестки, наполняя воздух ароматом летних роз. Не раздумывая, я сделала шаг ближе и вдохнула глубже. Ах… Я еще даже не коснулась воды, но мои мышцы уже начали расслабляться, а в пальцах от перспективы смыть грязь с волос началось нетерпеливое покалывание.
Дома мы принимали ванну в высокой жестяной бочке, которая остывала почти сразу, как только мама заколдовывала воду. Мне никогда не хватало времени, чтобы как следует расслабиться, потому что за дверью в ожидании своей очереди топали Дьюард и Хаган. Но
Кто-то тихонько ахнул.
Я повернулась.
На краю большой кровати, заваленной розовыми одеялами и пуховыми подушками, за одним из высоких столбов красного дерева, пряталась девушка. Она была одета в аккуратный белый фартук и голубовато-серое платье, но выглядела слишком юной для того, чтобы быть служанкой. Ее льняные волосы вились вокруг широкого, открытого лица, напоминая пушистые перья новорожденного цыпленка.
Наконец-то я увидела ту реакцию, которую желала увидеть с тех пор, как пробудилась моя магия ясновидения. Девушка выглядела очень напуганной.
– Как тебя зовут? – спросила я, оставаясь неподвижной, беспокоясь, что, если я пошевелюсь, она убежит.
Она сглотнула.
– Джанда, миледи.
– И ты боишься меня, – я не могла сдержать вздоха. – Ты слышала, что я предвестник гибели или что-то в этом роде?
Она прочистила горло.
– Они… они говорили на кухне…
Она сделала паузу и снова сглотнула. Тамсин была права. Слухи распространяются очень быстро.
– Что они говорили?
