Я остановилась у окна и посмотрела на улицу. Солнце село несколько часов назад, но двор все еще был освещен волшебным светом. Это простенькое заклинание, и большинство садовников справляются с ним самостоятельно. У магов, которые сейчас собрались вокруг короля Олдера, работа сложнее.
Он слабел, и все это замечали. Я чувствовала это каждый раз, когда прикасалась к его разуму.
Я сжала ладони вместе, чтобы почувствовать, как в них искрится сила. Я могла убедить короля, что Ясновидящая – мошенница. Он отправит ее домой.
Нет, если он решит, что она мошенница, то арестует ее. Посадит в тюрьму за то, что она ему солгала.
Я хотела, чтобы эта мысль принесла облегчение, но мой желудок скрутило. Эвра всего лишь девочка. Наверное, она на четыре или пять лет моложе меня. Нетрудно заметить, что семья ее защищает. И любит. Она напугана и потеряна, но она не преступница. Но для меня она представляла угрозу.
Когда-то меня тоже любили и защищали.
Разочарование разрывало на части. Я была так близка, и до сих пор близка. Но она могла все испортить. И я не знала, получится ли у меня ее остановить. Не знала, смогу ли заставить себя причинить ей боль.
Я выдернула последнюю шпильку, и мои волосы рассыпались по спине. Есть одна вещь, которую я могла – должна была – сделать. Я не хотела причинять боль принцу, но я это сделала. И теперь должна была сделать это снова. Слишком много людей отправилось на его поиски.
Я должна была замести все следы. Сделать так, чтобы Ясновидящая не смогла ничего доказать. Я должна была оставаться настороже.
Я позвала Сибиллу, чтобы она помогла мне раздеться. Мне понадобится оружие. Я порылась в ящике своего туалетного столика и вытащила маленький острый охотничий нож, завернутый в кожу. Единственное, что у меня осталось от моего отца. Я хранила его все эти годы. Однажды мне в голову пришла мысль, что я использую его на себе.
Смогу ли я подойти достаточно близко, чтобы вонзить его в Кендрика прежде, чем он разорвет мне горло?
Я обратилась к магии, поддразнила ее. Подумала обо всех моих возможностях. О том, какой сильной может сделать меня магия. Я так глубоко погрузилась в свои мысли, что резкий стук в дверь застал меня врасплох. Я подпрыгнула, и нож со звоном упал на пол.
– Сибилла… – сказала я, когда открылась тяжелая деревянная дверь. Но за ней стояла не Сибилла.
– Советник Берк, – произнесла я дрожащим голосом. Я не ждала его, не так поздно. Не сегодня. На мгновение я задалась вопросом, мог ли он каким-то образом понять мои намерения. Что, если он пришел, чтобы меня остановить?
Под глазами Берка сгустились тени. Он устал. Истощен. Он зашел в мою комнату так медленно, словно понимал, что ему не следовало здесь быть, но он ничего не мог с собой поделать. Он смотрел только на меня, не замечая ничего вокруг.
– Что случилось? – спросила я. Потому что, определенно, что-то случилось. В противном случае он бы не сбросил с себя маску уверенности. Попросил бы меня выйти для разговора в коридор.
Прежде чем ответить, он закрыл дверь и запер нас в комнате.
– Король Олдер слег в постель, – сказал он. – У него меньше времени, чем мы надеялись.
Дыхание застыло у меня в горле.
– Церемония. До нее еще больше недели… – я смолкла. Мы стояли слишком близко, и между нами словно не осталось воздуха. Я повернулась и направилась к своему туалетному столику, рассчитывая заодно привести в порядок прическу. Я должна была что-то сделать. Я не хотела, чтобы Берк увидел на моем лице полное отсутствие горя.
– Он подписал указ, в котором объявил вас наследницей. Это не будет иметь в глазах людей ту же важность, какую имела бы церемония, но я боюсь, что она для него теперь слишком тяжела. Мы… мы все еще думаем, как объявить об этом.
Его голос звучал как-то не так. Было еще что-то, о чем он не рассказал.
Я повернулась к нему лицом.
– Все ждут бала и церемонии. Мы не можем прятаться, словно заговорщики. Это вызовет недовольство.
Он был неподвижен, но я чувствовала, что его тело жаждет двигаться, расхаживать, заполнять пространство моей комнаты.
– Меня беспокоит совсем не этот заговор.
Мой разум успокоился.
– Советники?
Берк больше не смог сдерживаться. Он прошел дальше в комнату, остановился, чтобы посмотреть на потрескивающий в камине огонь, и стал качаться на каблуках.
– Они понимают, что после смерти короля вы распустите Совет. И теперь, когда его состояние так быстро ухудшается, они видят… разные возможности. Если каким-то образом они смогут признать ваше наречение незаконным или подозрительным, то они смогут «удерживать» трон для принца и править вместо него.
В задней части моего черепа начала в панике биться магия, острая и горячая, словно молния. То, что он сказал насчет их плана, имело смысл. Они могли усомниться в моей легитимности. Но это все было очень, очень плохо.
– Зачем вы мне это рассказываете? – спросила я с колотящимся сердцем. – Зачем вам меня предупреждать?
