Что сказала мама в моем видении? Когда она была живой, здоровой и вся светилась?
Это была мама – это из-за нее я не могла пошевелиться. Я должна была оставаться неподвижной, пока они не уйдут. Солдаты леди Аннализы. Она сказала, что не станет такой, как король Олдер, но солгала.
Она была еще хуже.
С похожим на гром треском часть крыши рухнула в комнату и взорвалась красными искрами пламени. Раздался топот ног, и рядом со мной на колени упала рыдающая Тэм.
– О нет, о нет, о нет, – кричала она, рыдая, пока дом вокруг нас продолжал гореть.
Я изо всех сил пыталась моргнуть, повернуть голову в сторону. Сделать все, что угодно, лишь бы показать ей, что я жива. Пришло время маминой магии освободить меня, или я стану еще одним сгоревшим дотла телом.
Я изо всех сил выдохнула. В моей голове это было криком, но он получился почти беззвучным. И все же Тэм услышала.
Ее плечи вздрогнули, а пальцы коснулись моего лица и, приглаживая волосы, откинули мою голову назад.
– Эвра? Эвра, ты можешь говорить? С тобой все в порядке?
Я никогда не слышала, чтобы ее голос был таким хриплым.
Я моргнула. Слегка дернула головой. Пока слабо, но постепенно движения начали даваться мне легче.
По ее лицу снова потекли слезы.
– О Боже. Я думала, что потеряла и тебя тоже.
Я снова попробовала встать. Огонь постепенно топил лед в моих конечностях. Слишком медленно. Легкие наполнились дымом.
– Тэм, – прошептала я хриплым старческим голосом.
Было очень жарко, а воздух стал таким густым, что я едва могла дышать.
Она быстро начала действовать, осторожно высвобождая мамино тело из моих рук.
– Мы должны вытащить тебя отсюда. Ты можешь двигаться?
Дом снова сотрясся от грохота. Клубился дым. Тамсин была тенью в красноватой темноте.
– Почти не могу, – прохрипела я.
Она схватила меня под мышки и подняла. Как раз в это время мои ноги подхватили меня, но они тряслись и дрожали, как у новорожденного жеребенка. Я кое-как удержалась, и мы, спотыкаясь, направились к задымленному дверному проему. На секунду я оглянулась назад. На мамины золотисто-седые волосы. На ее мягкие щеки. На все еще сияющий меч, который солдат вонзил ей в спину.
Глаза начало жечь.
Тэм толкнула меня к дымящейся дыре в стене. Дерево раскололось, из него валил дым, но этот выход был безопаснее, чем тот ад справа от нас, где раньше была кухня. Еще один рывок, визг дерева, и мы упали на грязную землю.
Прежде чем я успела сделать вдох полной грудью, Тэм снова потянула меня наверх и прочь, в замерзшую темноту леса. Жар горящего дома преследовал нас вплоть до линии деревьев. Пепел и угли падали на снег и с тихим шипением остывали.
Тэнси ревела, а лошади ржали.
Я собиралась побежать к ним, но Тамсин не отпустила мою руку.
– Животные свободны. Они в безопасности. Просто испугались. Скоро они убегут в деревню.
– Куда мы идем?
Я тяжело дышала. Не отвечая, она продолжала тянуть меня в лес. Мои ноги уже начали лучше меня слушаться, но я была дезориентирована темнотой и беспорядочным маршрутом Тэм и продолжила спотыкаться. Наконец она замедлилась и остановилась. Я понятия не имела, где мы находимся, за исключением того, что она увела нас и с фермы, и из деревни. Мы оказались в особенно дикой части леса. Она упала в снег на колени, темная тень на тускло-белом фоне. Ее лисья шапка съехала набок и была вся в пятнах – падающие угольки опалили мех.
– Здесь мы будем в безопасности, – сказала она. – Пока что.
А затем она закрыла лицо руками и разразилась глубокими, ужасающими рыданиями.
Я опустилась рядом с ней на землю. Было слишком много всего, о чем я не хотела думать, но теперь, когда мы остановились, когда мы оказались в безопасности, мне больше ничего не оставалось. Думать. Задаваться вопросами. Зная, что мне не нужен ответ, страшась того, что она скажет, я прошептала:
– Где Хаган и Дьюард?
Она лишь зарыдала еще сильнее и, словно пытаясь сдержать боль, свернулась калачиком.
Ее реакции было достаточно.
Я не заплакала. Мое горе бурлило, словно лава. Под оцепенением и пустотой оно горело ненавистью, гневом и печалью. Оно обратило ясные глаза на события вечера, рассматривая каждое действие. Каждую реакцию.
Оно начало разрабатывать свой план мести.
Я должна была обнять Тэм. Чтобы она поплакала у меня на плече. Я должна была впустить горе. Но я держалась прямо и напряженно осматривала лес в поисках любого признака того, что ее шум потревожил не только птиц. Я должна была защитить ее от любой угрозы.
Как я не смогла защитить свою семью.
