Даже золотой свет свечей не мог скрыть серого оттенка кожи короля Олдера. Его тело, осунувшееся и костлявое, мирно покоилось на большой кровати. Он не кашлял. И не дышал. Его тело все еще было оплетено магией, но в ней уже не было никакой необходимости. Даже просто стоя там, рядом, я чувствовала, как она постепенно растворялась. Я знала, что большая часть этой рассеивающейся магии принадлежала мне.
Стоявший за моей спиной Верон прочистил горло, но я не обратила на него внимания. Вместо этого я проглотила свое отвращение и наклонилась вперед, чтобы поцеловать короля в лоб. И когда я наконец в достаточной мере продемонстрировала свое горе, то повернулась к стоящим у двери советникам.
– Через два дня тело короля Олдера предадут огню. Мы только что отправили домой всех гостей с церемонии, и будет сложно собрать их снова. Но те, кто успеет добраться, могут присутствовать. Королевство будет скорбеть в течение шести месяцев.
Этого объявления все и ожидали. Берк научил меня, как вести себя в случае смерти короля. Мы были готовы.
– У вас есть новости насчет принца Кендрика? – спросила я, заранее зная ответ. Но я понимала, что все равно должна задать этот вопрос.
Верон покачал головой.
– Он словно испарился. Мы не нашли ни единого следа и не смогли понять, что с ним случилось.
Они с Найлом все еще цеплялись за надежду, что он жив. Видение Эвры было встречено со скептицизмом – они слишком сильно хотели, чтобы он, а не я, стал следующим правителем. Король, который не желает власти, часто бывает равнодушным королем и оставляет большинство решений своим советникам.
А я жаждала власти, и я уж точно не была равнодушной. И они это знали.
– Уже поздно, – сказала я тихо, словно боялась потревожить мертвых. – Но еще многое предстоит сделать. Если вы не возражаете, я бы хотела устроить небольшое собрание.
Я попросила целителей и личных слуг короля Олдера омыть и подготовить его тело. Вечером они за ним присмотрят, а завтра придут священники.
Бросив последний взгляд на короля, я вышла из комнаты. Советники последовали за мной.
Стояла уже поздняя ночь, и в королевском кабинете было холодно и темно. Я позвала слугу, чтобы он развел огонь в очаге. Я не сомневалась, что в такое время советники предпочли бы спать и видеть сны о том, как их когти глубоко вонзаются в мое королевство. Но им придется отложить свои козни. Настала моя очередь.
Я уселась за стол, и все остальные – все советники, кроме Берка, – последовали за мной. Я сложила пальцы домиком и серьезно наморщила лоб.
– Пора объявить о смерти принца, – сказала я. – За все это время мы не получили никаких известий, и нет повода думать, что он жив.
Его отречения должно было быть достаточно. Но я не хотела, чтобы кто-то шептал, что он может вернуться. Не хотела, чтобы Верон и Найл пытались помешать мне, прикрываясь именем Кендрика. Надо было сразу дать им понять, что я – это все, что осталось у Тайна.
– Я категорически не согласен, – сказал Верон. Еще бы. – Мы можем продолжить поиски. Перед смертью король больше всего хотел найти внука.
– При всем уважении, но короля больше нет. И, живой или мертвый, принц все равно отрекся, отказался от своего народа. Ясновидящая заверила нас, что он умер, – сказала я. – Вы можете продолжать попытки узнать, что с ним случилось, но давайте не будем наводить в королевстве смуту. Люди должны безоговорочно доверять своей королеве.
Его лицо помрачнело.
– Безоговорочно доверять вам, дальней родственнице короля? Притом, что принц исчез? Ваш стремительный взлет неизбежно вызовет подозрения.
– Очевидно, у вас это уже вызвало подозрения, – ответила я. – Но если мы продолжим держать в тайне то, что случилось с принцем, это не убавит их сомнений. Мы должны твердо обозначить свою позицию. Принц исчез. Это ужасная тайна, которую, как я горячо надеюсь, мы разгадаем. Но нет никакого смысла в том, чтобы оставлять этот вопрос открытым. Это мое решение.
На какое-то время воцарилась тишина.
– Я могу послать на поиски больше солдат, Ваше Высочество… Ваше Величество. Раз мы уже не собираемся вторгаться в Винтерленд, – сказала генерал Дрисколл.
– Спасибо, – ответила я.
Советник Холлидей ничего не говорил. Изможденный, он откинулся на спинку стула. Он отдал королю Олдеру все, что у него было, и заслужил отдых.
Я повернулась к советнику Найлу.
– Подготовьте объявления о смерти короля Олдера и принца Кендрика и отправьте их мне на утверждение.
Он слегка кивнул.
– Мы проведем небольшую церемонию коронации утром в день сожжения короля Олдера, – продолжила я. – А затем я отправлюсь в Винтерленд, чтобы лично переговорить с беженцами.
– Вы не можете этого сделать! – практически прокричал Верон. – Из всех глупых…
– Это мое решение, а не ваше, – ответила я, поворачиваясь к нему с натянутой улыбкой. – Мы с генералом Дрисколл обсудим детали.
