— Да, — сказал Норман, — нелегко. — На самом же деле он считал это столь трудным, как будто ему приходилось отказываться от чего-то очень важного и существенного, как, например, от любовного влечения. Он просто не мог отказаться от того, что он знал. Информация казалась ему столь важной, переживания столь пленительными… Все его существо восставало против идеи забвения.
— Ну, — сказал Гарри, — я думаю, мы все же должны это сделать.
— Я думаю о Теде, — призналась Бет. — И о Барнсе, и об остальных. Ведь только мы знаем, как они погибли и за что они отдали жизнь. А если мы забудем…
— Когда мы забудем, — произнес Норман твердо.
— В ее словах есть смысл, — возразил Гарри. — Если мы собираемся забыть, как мы сумеем свести подробности? Все потерянные концы?
— Не думаю, чтобы это было проблемой, — сказал Норман. — Подсознание обладает огромной созидательной силой, что мы и испытали на себе. Подсознание и позаботится о деталях. Это вроде того, как мы одеваемся по утрам. Когда мы одеваемся, мы же не задумываемся о каждой детали, о ремне, носках и так далее. Мы просто принимаем основное всеобъемлющее решение о том, как нам хочется выглядеть, и вот мы уже одеты.
— А если так, — кивнул Гарри, — тогда мы примем общее решение, поскольку мы обладаем силой, а если мы начнем воображать разные истории, то внесем путаницу.
— Отлично, — сказал Норман. — Давайте согласуем, что произошло. Зачем мы сюда прибыли?
— Я думала, что речь идет о крушении самолета.
— И я тоже.
— Хорошо. А что случилось?
— ВМС спустили группу людей вниз для изучения места катастрофы, но трудности нарастали…
— Подожди-ка. Какие трудности?
— Спрут?
— Нет. Лучше технические трудности.
— Что-нибудь связанное со штормом?
— Системы жизнеобеспечения вышли из строя во время шторма?
— Да, отлично. Системы жизнеобеспечения вырубились во время шторма.
— И в результате несколько человек погибли?
— Подожди, не так быстро. Что вывело из строя системы жизнеобеспечения?
— В модуле образовалась течь, — сказала Бет, — и морская вода проникла в газопромыватели в цилиндре В, выпустив ядовитый газ.
— А такое могло случиться? — поинтересовался Норман.
— Да, запросто.
— И несколько человек погибли в результате несчастного случая.
— О’кей.
— А мы уцелели.
— Почему? — спросил Норман.
— Мы были в другом модуле?
Норман покачал головой:
— Другой модуль был тоже уничтожен.
— Может, он был уничтожен потом, в результате взрыва?
— Слишком сложно, — вздохнул Норман. — Давайте все упростим. Это была авария, произошедшая внезапно, неожиданно. Модуль начал протекать, испортились газопромыватели, а в результате погибло большинство людей, а мы нет, потому что…
— Мы были на субмарине?
— Ладно, — согласился Норман. — Мы были в лодке, когда полетели системы, поэтому мы выжили, а другие погибли.
— А почему мы были в лодке?
— Мы переносили видеозаписи согласно графику
— А что записи? — вспомнил Гарри. — Что они покажут?
— Записи подтвердят наш рассказ, — заверил Норман. — Все будет в соответствии с нашим рассказом, включая людей из ВМС, которые послали нас сюда, и включая также нас самих — мы не будем помнить ничего, кроме этой придуманной истории.
— И больше у нас не будет этой силы? — нахмурилась Бет.
— Нет, — ответил Норман. — Больше ее не будет.
— О’кей, — сказал Гарри.
Бет помедлила с ответом, покусывая губы, но наконец и она кивнула: «О’кей».
Норман глубоко вздохнул, внимательно посмотрел на Бет и Гарри.
— Готовы ли мы забыть сферу и то, что однажды мы обладали силой воплощать вещи в реальность силой воображения?
Они кивнули.
Вдруг Бет возбужденно качнулась на стуле.
— Но как мы исполним это?
— Мы просто сделаем это, — сказал Норман. — Закрой глаза и скажи сама себе, что ты все забыла.
Бет спросила:
— Но ты уверен, что у нас получится? В самом деле уверен? — Она была опять возбуждена, нервно подергивалась.
— Да, Бет. Ты просто… откажись от силы.
— Тогда мы должны сделать это все вместе, — потребовала она, — одновременно.
— О’кей, — согласился Гарри, — по счету «три».
Они закрыли глаза.
— Раз…
С закрытыми глазами Норман подумал: как бы то ни было, люди всегда забывают о том, что они обладали силой.
— Два, — считал Гарри.
Затем Норман сосредоточился. Без большого напряжения он опять увидел мерцающую, словно звезда, сферу, гладкую, полированную, совершенную сферу, и тут же подумал: я хочу забыть, что когда-либо видел эту сферу.
И перед его мысленным взором сфера пропала.
— Три, — произнес Гарри.
— Три чего? — спросил Норман. У него резало в глазах, он потер их пальцами, затем открыл: за столом декомпрессорной камеры сидели Бет и Гарри. Выглядели они усталыми и подавленными. Но этого и следовало ожидать, подумал он, учитывая то, через что они прошли.
— Три чего? — переспросил Норман.
— Ой, — сказал Гарри, — я просто подумал вслух. Только трое нас, оставшихся.
Бет вздохнула, и Норман заметил слезы у нее в глазах. Она вытащила из кармана платок, высморкалась.
— Не считайте себя виноватыми, — сказал Норман. — Произошла авария. Мы ничего не могли поделать.
