Килари наконец открыла вновь глаза. Она ничего не помнила из произошедшего. Будто между пробежавшим по всему телу холоду комнаты и её нынешнему приходу в себя прошла неведомая ей тьма. Она помнила лишь ощущения. Наконец она взглянула на лежащую рядом сестру и на красную кровь, маленькими капельками стекающую от запястий Евгении на простыни Килы. Евгения скорее почувствовала её взгляд.
— Что это было, Килари? Зачем ты так? — непонимающе спросила она, присев и взглянув на сестру.
***
Этим утром Ондор Кайр даже представить себе не мог, что не только Линда вновь вляпается во что-то, заботливо подготовленное одной из его дочерей, но и он сам.
— Демон бы побрал эту маленькую бестию! — вскричал ранним утром герцог Вирас, вляпавшись в нарисованный Евгенией рисунок. — Сегодня же поговорю с ней на чистоту!
Линда Кайр впервые ощутила, какого это, просыпаться под чьи-то крики, ведь до этого момента лишь она постоянно начинала утро с отборной крепкой речи в адрес юной Килари. К сожалению, Линда как всегда не подумала, что следует с осторожностью выбираться из кровати, и также наступила в не высохшие ещё краски. Она просто взорвалась.
— Я уже ненавижу это дитя! Зачем её вообще привезли к нам! И почему она выжила после своей болезни! — распалялась она, в дальнейшей речи используя все средства гресского языка, которые как нельзя хорошо описывали ситуацию. Это были те ещё крепкие словечки!
Довершило пробуждение расчёска, которой Линда решила причесать свои волосы перед тем, как пройти в ванную. Ондор, заметив, что с расчёской что-то не так, просто не успел её предупредить. Он честно пытался…
— Аааа! Что это? Что с моими волосами?! — гнев герцогини непередаваем.
— Успокойся, милая, я сегодня же с ней поговорю, — решил успокоить афру Ондор, одевшись, посыпав подошвы ног специальным очищающим порошком. Мелкие частицы порошка, словно живые, мгновенно уничтожили следы краски с его ног. Он обулся. Но Линда не прекращала выражать словесно свой гнев, уже грозя самостоятельно показать маленькой Килари, что чувствуют все, когда некоторые занимаются мелким вредительством.
— Линда! Прекрати немедленно или весь день проведёшь в этой комнате! — прикрикнул он на неё и вышел, громко хлопнув дверью. Линда даже вздрогнула от неожиданности и решила поскорее собраться, чтобы не пропустить разборки с почти пятилетним демонёнком.
День Килари с раннего утра явно не задался. Мало того, что она чуть не убила сестру, так ещё и, поднявшись с кровати, тут же случайно толкнула маленькую статуэтку, которую забыла убрать перед сном. Та, едва коснувшись пола, разбилась вдребезги. Вопрос, заданный Евгенией, конечно же, так и остался без ответа, ведь вскрик Килари в следующую секунду услышала добрая половина замка: камми мало того, что наступила на осколки, так ещё и присела на них же, стараясь поднять ноги повыше от разбившегося изделия.
— Килари! — испугалась за сестру маленькая Евгения, быстро перебравшись на эту часть кровати и посмотрев, от чего Килари так раскричалась. — Кровь! Килари! Она чёрная!
— Бо-о-ольно-о-о, мисо-о-о! — продолжая сидеть, произнесла Килари сразу и на гресском, и на инирте, однако больше ни единого вскрика.
Даже слезинки не выпало у этой странной камми, лишь необычная чёрная кровь постепенно заполняла пространство вокруг неё, не спеша высвобождаясь из ран.
— Я позову литт! — сказала Евгения, пробежавшись до другого края кровати, спрыгнув, и помчавшись вихрем через два лестничных пролёта, пугая проходивших мимо, буквально влетев в лекарскую.
Мераде, что в ней находилась, сразу заметила следы ран на запястьях камми.
— Иди сюда, ты что такая запыхавшаяся? Сейчас я тебе помогу. Ты ведь флэрри Килари?
— Нет! Срочно идите к ней! Она поранилась! Ну же! Быстро! Много крови! — очень быстро начала кричать ей Евгения, попутно пытаясь тянуть мераде к выходу.
Мераде решила по пути всё же заглянуть к герцогу и, к своему удивлению, встретила просто-таки ненавистное отношение малышки к себе.
— Да что же вы! Не сюда! Глупая женщина! — уже в гневе произнесла малышка, мёртвой хваткой схватив мераде и не давая той зайти в кабинет Однора, — Вы же спасать должны! Скорее!
Но мераде больше не рвалась, герцог, услышав крики, сам вышел из кабинета и строго взглянул на малышку, которая добивалась упорно своего.
— Килари? Что же вы медлите, скорее к ней! Мераде, вы не взяли всё необходимое?! Ох! Скорее! — Ондор также разволновался и вместе с Евгенией решил дойти до покоев Килари.
Ондор отправил Евгению в галерею, хоть та и желала побыть рядом с сестрой. Однако, когда он переступил порог спальни юной камми, то пожалел о своём решении. Картина была абсолютно не изменившейся: разбросанные вокруг рисунки, предметы рисования, подушки около кровати, осколки вперемешку с будто застывшей чёрной кровью, которая уже практически свернулась, но… Килари здесь не было. Тут Ондор услышал шум воды, доносящийся из ванной.