Дети в сопровождении эннер вышли в общий холл, пройдя по коридору мимо первых-третьих регривов. Двери в их кабинеты были открыты, было видно, что они уже ушли. Из холла эннер повела детей в другой коридор, по пути им встретился бассейн, зал для танцев, зал для самозащиты и столовая, в которую они и направлялись.
Анике столовая показалась огромной. Над каждым столом парил номер регрива или же надпись, чтобы все увидели, куда идти. Особенно удобно это было для первых регривов. Слева от входа стояли столы для неров, справа — для двенадцатого и тринадцатого регривов. Впереди стояли ряды столов для первых-одиннадцатых регривов. Над этими столами парил не только номер, но и литера регрива. У первых-четвёртых регривов было указано рядом с номером две литеры, таким образом дети знали, с кем их объединят на втором этапе обучения. Регрив 1 U был посажен вместе с 1 Z, 1 R — 1 P, 2 U — 2 R, 2 Z — 2 P, 3 U — 3 Z, 4 R — 4 P.
Аника села ближе к краю стола. Для начала она огляделась и затем стала смотреть, как экеры раскладывают еду. На завтрак была риатту, после которой дети сидели и общались друг с другом. Только через двадцать минут выдавали молоко. Это делалось из-за рекомендаций ОЗО. Ведь сразу после еды пить не советуют. Пребывание детей в зесвиме — прежде всего сохранение и укрепление здоровья, и уже после — получение знаний.
— Привет, — обратилась Ника к сидевшей рядом камми. — Ты Жаэрина?
— Привет, да, — ответила она, откусив кусочек глиже.
— Ты чего не ешь риатту?
— Я не ем такого. У нас дома обычно что-нибудь жареное с утра, — затараторила Жаэрина. — Или булочки с какао, или ещё что вкусненькое. Мы никогда не едим риатту, потому что она какая-то странная (Жаэрина сморщила на секунду свой маленький носик) … У тебя два имени? — вспомнила о собеседнице Жаэрина. Надо же и на неё обратить внимание.
— Да. Это плохо?
— Нет, конечно. Я бы тоже хотела иметь сестёр или братьев, которые бы родились со мной в один день. Они на тебя очень похожи? Где они?
— Они мертвы.
Жаэрина на пару мгновений замолчала, доела булочку и как раз принесли молоко. Жаэрина начала обсуждать с Аникой своё детство, своих родителей и как ей хорошо живётся в деревенской среде. Аника ей на всё это ответила, что она бы тоже хотела жить в деревне, однако ей необходимо быть там, где она есть. Жаэрина согласилась с ней, сославшись на книжки с притчами, которые читали всем детям перед сном. Там говорилось о том, что каждый ави родился не просто так, каждый выполняет свою миссию: одни объединяют семьи своим рождением, другие спасают жизни или меняют представление о жизни у окружающих, третьи и вовсе могут менять систему управления. К разговору присоединилась сидевшая напротив Аники камми из другого регрива, она обратилась напрямую к Нике, пренебрёгши приветствием, из чего Ника сделала вывод, что можно начинать разговор так, как она привыкла, не думая о лишних словах приветствия:
— Меня Эссира зовут, а ты Аниссия? Ты и правда официально признанная ирависа? (Аника кивнула). Здорово! Тебя все боятся, если честно. Нам сказали, чтобы мы прочли правила общения с такими, как ты. Но я так и не поняла, чего в тебе страшного? — задала вполне резонный вопрос Эссира.
Аника не знала ответа на этот вопрос. Она могла сказать, что взрослые начитались описаний войн с ирависами, поэтому так воспринимают беззащитных детей, которые даже не могут контролировать себя в столь юном возрасте. Однако Ника решила промолчать и Эссира решила продолжить «допрос». Аника отвечала на все вопросы односложно, так как ирависы по природе своей чаще немногословны.
— Как у вас проходило занятие? — услышала Ника последний вопрос Эссиры, выйдя из своих дум, в которых она пребывала пока Эссира рассказывала о себе и своей семье. Ответила ей Жаэрина.
— Мы все познакомились друг с другом: каждый назвал своё имя. Тесс рассказала нам, когда и в какие месяцы нас будут пересаживать до пятого регрива. Потом нас рассадили и после мы пошли на пятиминутный перерыв в сад, однако мы так заигрались, что занятие закончилось и музыка известила нас об этом. Музыка здесь такая красивая, приятная и мелодичная.
— Так это вы так шумели. Мы то думали, кто так весело проводит время. Эннер Вейх сказала, что это наверняка регрив Тесс, и оказалась права. Вот опять зазвучала мелодия. Она и правда красива, только теперь она другая. Кажется, нам пора. Увидимся в кадито.
Камми вышли из-за стола и прошли в свои кабинеты, попрощавшись. Когда дети зашли в кабинет после завтрака, на столах уже стояли стопки учебников. По восемь штук на каждом одинарном столе. Присев каждый на своё место, дети начали приклеивать на обложки учебников свои имена, как попросила эннер Тесс. Это делалось для того, чтобы в последующем каждый смог сразу найти свой на полках шкафа, предназначенного как раз для принадлежностей и книг регривцев.