Ей показалось, что Майкрофт был удивлён, но это удивление было очень недолгим, он повесил зонт на сгиб локтя и прошёл в дом, коротким взглядом охватил коридор, ведущую на второй этаж лестницу, кивнул своим мыслям, достал телефон — и убрал обратно, после чего с проворством, которого трудно было ожидать от человека его положения и облика, взлетел по ступеням, открыл дверь гостиной — и закрыл. Грохот моментально стих. Гермиона поняла, что дрожит, заперла входную дверь, из которой задувало капли ледяного дождя, а потом волевым усилием заставила себя тоже подняться наверх. В гостиной было пугающе тихо. Гермиона толкнула дверь.
Кажется, Гарри искал, чего бы выпить, потому что разворошил ящики и опрокинул стеллаж с книгами — всё вокруг было засыпано листами бумаги, обрывками и щепками — одна полка треснула пополам.
— Репаро максима, — сказала Гермиона, обводя гостиную волшебной палочкой и устраняя следы разрушений.
Гарри и Майкрофта в гостиной не было, а из запасной ванной, которой Гермиона обычно не пользовалась, раздались вдруг характерные звуки рвоты. Потом снова.
Гермиона нетвёрдым шагом подошла к ванной, заглянула внутрь — Гарри стоял на коленях возле унитаза и опорожнял желудок, а Майкрофт наблюдал за процессом без капли брезгливости, как за ходом научного эксперимента. Его зонт стоял в углу, на ручке висели кожаные перчатки. Он не заметил или сделал вид, что не заметил Гермиону, повернулся к раковине, взял старый грязный стакан, оставшийся, наверное, ещё от прошлых хозяев квартиры, набрал в него воды и вылил Гарри на голову. Тот зашипел, но тут же скривился — его опять вывернуло.
Майкрофт посмотрел на наручные часы, кивнул своим мыслям, наклонился, подхватил Гарри под руку и заставил встать. Гермиона тут же кинулась на помощь.
— Гер-ми… — заговорил было Гарри, но Майкрофт оборвал его жёстким:
— Молчать, — и сгрузил его на диван, сам опустился на подлокотник и сказал:
— Полагаю, у нас около двадцати минут.
— До чего?
— До того, как его снова начнет тошнить, — пожал плечами Холмс, вытащил из кармана платок и тщательно вытер руки. — Впрочем, если у вас есть более действенное волшебное средство…
Гермиона произнесла:
— Акцио, «Антипохмельное», — давно пора было это сделать. Но ничего не произошло.
Она нахмурилась и повторила заклинание — безуспешно. Не то «Антипохмельное» закончилось, не то осталось в дуврском домике. И она понятия не имела, где его взять поздним вечером.
— Видимо, нет.
— Значит, подождём.
Гермиона опустила голову, но увидела бледное, с кругами под глазами лицо Гарри и поспешно подняла — лучше уж смотреть на Майкрофта. На язык просилась какая-нибудь очень глупая благодарность: «Спасибо за…», — ведь не скажешь, что за спасение. А если и скажешь, то Холмс этого не поймёт.
— Спасибо за своевременную помощь, — нашла Гермиона подходящий вариант на доступном Майкрофту языке полунамёков и иносказаний. Хотя, в сущности, ей сейчас было всё равно, что он забыл у неё дома.
Майкрофт пожал плечами, как бы говоря, что не за что благодарить и начисто проигнорировав незаданный вопрос.
— Как вы справились с ним?
Лицо Майкрофта не изменилось и снова было таким же спокойным и доброжелательным, как обычно, а вот тон голоса похолодел на добрый десяток градусов:
— В семье Холмсов много увлечений. Разнообразных. Пожалуй, до сих пор трансвестизм дяди Руди наносил всем наименьший ущерб.
— Вы о Шерлоке?
Гермиона была уверена, что он ничего не скажет больше, но ошиблась. Спрятав платок в карман, он сказал:
— Отчего же. Шерлок — всего лишь продолжатель старых традиций. Пиромания, алкоголизм, суицидальные наклонности… На общем фоне нездоровая тяга к введению в свою вену опасных химических соединений не так уж разрушительна.
Пироманом была его погибшая сестра, волшебница — догадалась Гермиона. Алкоголиком? Суицидником? Она когда-то изучала личное дело Майкрофта Холмса, но почему-то мало помнила о его родственниках. Кажется, кто-то из родителей был учёным.
— В общем, — продолжая незаконченную мысль, сказал Майкрофт, — справиться с алкоголиком нетрудно, тем более, что реакция у них хуже, чем у наркоманов.
Гермиона не смогла сдержать короткой улыбки, хотя ситуация была не из весёлых.
— Не могу представить себе вас с Шерлоком дерущимися.
Майкрофт тоже ответил ей улыбкой, но такой кислой, что она пожалела об этих словах тут же.
— Шерлок одно время был страстным почитателем бокса, знаете ли, и увлекался им до тех пор, пока не понял, что неосторожный удар может вышибить ему мозги. К счастью для его профессии, некоторые навыки он всё-таки приобрел, — недосказанным осталось: «К несчастью для меня, под дозой он тоже вполне бодро махал кулаками». Разве что Майкрофт, наверное, выразился бы изящнее.
Пока Гермиона придумывала корректный ответ, Гарри завозился. Двадцать минут истекли, и его действительно снова скрутило. Гермиона наколдовала ведро и подставила его, а потом сразу же очистила.
Потянулись долгие и неприятные часы.
Часы показали два, когда Гарри, наконец, уснул почти здоровым сном.
