– А мать знает, куда ты собралась? – нарочно непринужденным голосом, спросил я у неё.
– Я сирота, – безжизненным голосом ответила она мне, и немного подумав добавила. – Круглая. Разрешите идти?
И получив разрешение от Адмирала, вся группа вышла в коридор. А я стоял посредине кабинеты оглушенный и раздавленный. Как сирота? А где Аурика? Может я обознался и это не моя дочь? Но я не мог перепутать. Горло сжимала стальная хватка удушья. Решительным шагом я вышел в коридор.
– Кира, – громко позвал её. Она остановилась, но поворачиваться ко мне не стала. – Нам надо поговорить.
– Это приказ? – так же сухо поинтересовалась она. – Если это не приказ, а все рабочие моменты мы оговорили в кабинете, то, разрешите я продолжу движение в заданном направлении.
Я смотрел на неё и не узнавал свою девочку. На её лице не было никаких эмоций. Вообще никаких. Ни злости, ни раздражения, ни негодования. Передо мной стоял андроид. И меня вдруг осенило.
– Кира, ты меня не узнаешь? – поинтересовался я.
– Почему же? Узнаю, – ответила она. – Но это не повод меня останавливать, мне ваша персона не интересна. И если у вас нет ко мне вопросов, касающихся службы, то прошу меня не беспокоить.
– А если есть? – спросил я, наливаясь злостью.
– А если есть, прошу их обсудить с моим непосредственным командиром Гарцем Обреновичем или ректором академии, – отбрила она меня. – А меня прошу не трогать, вы мне неприятны.
И она развернувшись пошла на выход. Я стоял как оплеванный. Самое скверное, что свидетелями этой сцены, была почти вся группа Обреновича. Сжав кулаки, я резко развернулся и вошел в кабинет Адмирала.
– Мирослав, что произошло? – задал вопрос Адмирал. – На тебе лица нет.
– Кто это девушка? Я не успел ознакомиться с её личным делом,– сдерживая злость и раздражение спросил я у еще находящегося в кабинете ректора.
– Полное имя Кира Раш Эрцог Алегро, – с недоумением глядя на меня ответил Харс. – Однокурсница и побратим погибшего принца Умага Раша Эрцога. Сейчас носит только его фамилию. Кира Эрцог.
– Почему она зачислена в эту группу? – продолжал спрашивать я, еле сдерживая свою силу. Харс и Адмирал не спускали с меня пристальных взглядов. – Неужто никого сильнее этой девочки не нашлось. Да, она сильный маг огня, но есть и посильнее. Тем более группе разрешено пользоваться энергией, только в крайнем случае.
– Теряешь хватку, – сквозь зубы с раздражением произнес Адмирал. – Тебе надо лучше готовиться к тем поручениям, что я тебе даю. Как ты мог не ознакомиться с делами и не вникнуть во все детали операции? Кира Эрцог, перегорела на Умаге. Это она и Пабло Тур, подняли огненную стену и не позволили пиратским пикачам прорваться к Ассемблее геологов, где прятались Королева Умага, её сноха, принцы и еще несколько сотен жителей. А в группе она потому, что как побратим Раша Эрцога, прошла кастовые лагеря умагцев, и как никто подготовлена к этой операции. Воинское звание она получила, уже после того как её год выхаживали все наши медики.
– Я теряю хватку? – тяжелым взглядом посмотрел на Адмирала. – А ты знаешь кто её родители?
– Мать Аурика Алегро, умерла, как только девочка закончила школу, – вмешался в разговор ректор. – А отца она не знает.
– Не знает или не хочет знать? – перевел я свой взгляд на Харса продолжая сжимать кулаки. – Ирвин, ты в молодости неоднократно был у меня в гостях. И ты не помнишь, как звали мою первую жену и дочь? Кира моя дочь от первого брака. И я требую, чтобы её отстранили от этой операции. Слышите?
– Боюсь, что это невозможно, – спокойно ответил Адмирал. – Во-первых, нигде нет информации, что она твоя дочь. Во всех её анкетах в графе отец прочерк, и даже в свидетельстве о рождении. Во-вторых, она сама не откажется от участия. Несмотря на то, что все её эмоции сгорели, она остается прямым и честным человеком. Я не знаю, что между вами произошло, но в ней все-таки много от тебя. В том числе упрямство и ответственность.
– Я ушел от её матери к другой женщине. Она мне это не простила, – устало опускаясь на стул ответил я. Тяжесть земного притяжения навалилась мне на плечи всей силой. Даже дышать стало трудно и невыносимо запекло в груди. – Аурика умерла, как только она окончила школу? Это значит почти сразу после развода. Она мне этого никогда не простит. Я должен уберечь мою девочку. Я лечу с ними.
– Даже не думай, – спокойно ответил Адмирал. – Не хватало мне еще операцию превращать в семейные разборки. Мы слишком много сделали для успешного выполнения, и все тщательно спланировали, чтобы рисковать. Единственное, чем я могу помочь тебе, это забрать у тебя несколько дел и отдать другому, чтобы вы с Ирвином полностью погрузились в эту операцию.
