Он написал напарнику, что ждет его у входа на улице. Спускаться вниз не стал, чтобы не ловить на себе тоскливые взгляды Карсо и ментора. Все, что хотел, он сказал. Вышло даже лучше, чем думал: стоило раскрыть рот, как события сами собой сложились в пазл. В процессе, правда, он успел попрощаться с жизнью, но внезапно ментор оказался союзником. И Карсо – не просто членом отряда, а другом. Итого уже три человека знали, что инспектор Хоён и инспектор Хамир регулярно нарушают закон. Четыре, поправился Джун, подумав о Тиене Чаруше. Только не мог решить, кто он – друг или шпион.
Ночь дыхнула на него холодным туманом. Не успел Джун отворить наружную дверь, как ледяной порыв ветра бросил ему в лицо комья колючего снега, обжег руки, придерживающие воротник. Подхватил волосы, трепля их с такой силой, будто пытался оторвать напрочь. Джун запоздало подумал об оставленной на нижних этажах бандане. И о шапке, забытой в шкафу в школьном корпусе. Прижал подбородком края воротника и спрятал руки в карманы, прошелся перед штабом. Машина из Пятого центра уже увезла инспектора Чаруша, на стоянке покрывался сугробами служебный транспорт. К утру, если не будет вызовов, его придется откапывать лопатами.
Райер вышел из штаба почти сразу после Джуна: получив сообщение, он быстро попрощался, сгреб свою куртку и шапку и в сопровождении ментора направился к лифту.
– Может, все-таки ужин?
– Нам надо поспать, – ответил Райер. Поужинают они у ректора, у него есть сайхва.
– Конечно. Не забывайте про таблетки! – ментор втиснулся за ним в кабинку. Райер кивнул и нажал на кнопку первого этажа. – И про проверку Тауртимс.
– Хорошо, – ровно проговорил Райер. Вот это следовало обсудить.
– И про бордель.
– Ну хватит, может? – вскипел инспектор. – Ментор Инэр, куда вы его посылаете? Я, честно говоря, решил, что это было к слову, разрядить обстановку. Он же двух слов не свяжет. Лучше я схожу.
– Он парень. И ни разу не посещал таких мест? – поразился ментор.
– У него есть время? – мрачно спросил Райер. – Или лишние силы? Он все свои ресурсы тратит на выживание. Оставьте его, я выясню сам.
– Хорошо, – вполголоса проговорил Инэр. – Как знаешь. Нам нужно поговорить.
– Только что говорили, – напомнил Райер, ментор глянул на него и отвернулся к сомкнутым створкам дверей.
– О том, что будет дальше. После. Может, вы с Карсо останетесь в отряде, и запросим другого психоделика к нам?
Заканчивал говорить ментор под изумленным взглядом широко раскрытых синих глаз. Райер несколько мгновений изучал учителя, потом мотнул головой, как стряхнул его слова. Лифт в этот момент остановился, выпуская их наружу.
– Я не хочу это слышать. И не буду слушать. – Райер встал между двух створок, придержав двери, чтобы они не закрылись. – Ментор Инэр, я готов слушать только предложения, как добыть из него эти чертовы датчики. Или хотя бы отключить их, чтобы его не нашли.
– Это невозможно, – когда ментор в очередной раз повторил это, Райер в отчаянии сжал кулаки: еще немного, и он поверит. – Ни один ксур не может этого сделать. Они заведены еще до вживления.
– И кто их штампует? – взмолился гвардеец. Должен же быть мастер, который знает, как взвести эти дьявольские штуки и как их отключить.
– Уже никто, – отрывисто бросил ментор. – Мастер казнен. Датчики вынимают из трупов и вживляют живым, и так по кругу.
– Это… – Райер содрогнулся, впервые слыша, откуда в таком количестве берутся механизмы. И что в каждом следующем инспекторе хранится часть предыдущего. Будто они заглатывают друг друга. Как каннибалы. Надежда попыталась умереть, но Райер вцепился в нее как в свой последний оплот, удержал ее изо всех сил. – Ничего не хочу слышать, вы только расстраиваете. Мне пора.
К выходу шел, уставившись в пол под ногами невидящим взглядом. Не обращая внимания на людей, врезаясь в них и машинально бормоча извинения. Мастер казнен. За что? Если он создал такие идеальные механизмы слежки и контроля, которые, если верить ментору Инэру, никто не может отключить, заложил основу управления психоделиками – за что тогда его казнили? Были ли у него ученики? Передал ли он свои знания перед смертью? И еще – сколько гвардейцев выясняют ответ на этот вопрос?
Джун походил на снежного человека. Весь покрытый снегом, даже его темные волосы отливали серебром. Райер представил его в борделе и невольно улыбнулся.
– Долго ждешь? Как насчет позднего ужина? – смахнул снег с головы и натянул шапку по самые брови. Джун все так же удерживал воротник подбородком.
– Где ты берешь настойку?
На мгновение Райер замешкался с ответом, и это окончательно открыло глаза Джуну. Он бросил быстрый взгляд из-под ресниц на напарника и порывисто вздохнул. Холод, вначале обжигающий лишь лицо и руки, проникал все глубже, тихо сковывал его, замедляя дыхание, заглушая нервные сигналы. То ли блокираторы, то ли жесткая минусовая температура Второго триместра так подействовали на него, но внезапно голова стала более ясной, когда умолкла тревога. Хлопнул напарника по спине.
