Сгореть в огне полностью

– Вот и я знаю. Не мешай, сиди тихо. И сделай что-нибудь с губами, этот постоянный запах крови мне уже снится.

Джун вытащил зубы из ранки, пошел искать клей. Горький, как хина, он на время заклеивал все трещины и мешал делать новые: у Джуна уже вошло в привычку кусать губы.

В окно первого этажа постучали ветки, голые и покрытые льдом, казалось, что кто-то пытается разбить стекло. Джун сначала понаблюдал за ними, потом начал замерзать, принес одеяло себе и Райеру. Потом приготовил кофе. После принес две упаковки лапши, залитые кипятком – быстрая еда, самая доступная и популярная среди школьников.

Время приближалось к утру, а они все сидели у монитора. Джун пару раз ронял голову, тут же просыпался. Райер оглядывался на него, хлебал кофе и возвращался к своим цифрам.

Над горизонтом показалось тусклое солнце, покрытая метровым слоем снега территория школы засияла, слепя глаза. А после наступило отупение. Выключив компьютер, Райер положил голову на сложенные на столе руки.

– Готово.

– Она нарисовала Приют, – удивленно проговорил Джун. И взглянул на соседа, который не сразу понял, о чем надо еще подумать.

Они зависли в разных стадиях размышления, после чего Джун вскочил на ноги.

– Синора. В классе после пар. Она нарисовала Приют, Райер! Приют Суры! Будь я проклят, как я раньше не понял этого?

– Мм, – Райер зевнул во весь рот. – Здорово, у нее талант. Давай час поспим, а? – мысли с трудом ворочались в тяжелой голове, перед глазами настойчиво прыгали цифры, которые мозг пытался прочитать. Ничего ли он не упустил? Синора. Приют Суры. Какая связь между ними?

Глаза Райера резко распахнулись, вмиг обретя сосредоточенное выражение.

– Сайя.

– Айсо.

Они посмотрели друг на друга.

– Не может быть, – выдохнул Райер. – Какова вероятность, что наша одноклассница играет в ту же игру?

– У нас, как оказалось, даже наставники играют. Не удивлюсь, если половина школы там пропадает после пар.

– Допустим, Синора играет. Но не факт, что син и она – один и тот же человек.

– Можно просто спросить, – проворчал Джун.

– Не распространяться, что мы в игре, – поспешно добавил Райер. Людей и персонажей не должны связать.

– Надо ее проверить. Ее счета, покупки в игре, контакты.

– Чем больше я запрашиваю информации, тем сильнее привлекаю внимание к игре, – Райер устало потер шею. – Ты уверен, что хочешь именно этого? Если да – я сделаю, как говоришь.

– Нет, – с горечью в голосе произнес Джун. Руины Нарсама – единственное место, где они могли спрятаться. Это было их убежище с Райером, в котором они провели почти десятилетие. После того, как его выпустили из лаборатории, брат привел его, полувменяемого, в Нарсам, и сказал, что здесь он может быть кем угодно. И делать что хочет, не боясь ничего и не оглядываясь за спину. И Джун стал тем, кем мог бы быть, если бы не его проклятый дар. – Я не готов. Забудь, я не подумал.

Райер кивнул, плотнее закутался в одеяло, которое в какой-то момент оказалось на его плечах. Кровать манила со страшной силой. Солнце поднималось все выше.

– Нам нужно поспать. Иначе наши показатели будут скакать как ненормальные.

* * *

Длинные коридоры школы были пусты, шаги эхом отдавались от каменных стен здания. На время каникул основное освещение приглушили, и в воздухе витало приятное ощущение расслабленности и уюта, как в комнатах родного дома.

Сайя негромко поздоровалась с древним сторожем, свернула в сторону библиотеки. Не встретив ни одного ученика или наставника по дороге, она проскользнула в одну из створок высоких двойных дверей, бесшумно прикрыла ее за собой и прислушалась: тишина, ни шороха страниц. Она была одна.

Вдоль стен рядами стояли блоки полок, между ними – длинные деревянные столы и лавки, твердые как скала, чтобы ученики не засыпали. Десятки тысяч книг занимали все полки от нижнего до верхнего яруса, приставная лестница прилепилась у входа, сейчас никому не нужная. Сайя сверилась с каталогом в поисках истории искусств, не самой популярной литературы, которую запихнули в дальние ряды.

Нужная книга нашлась практически сразу, почти новенькая, в отличие от книг по психологии, которые зачитывались до дыр, хотя курс психологии в Койе Канхёдже был факультативным и считался для художников не важным; есть по нему зачет или нет – никого не интересовало при принятии выпускников на работу.

Устроившись с книгой за столом, Сайя в который раз подумала о приглашении в клан от Хёна, которое сначала ей показалось чудом. Но очередная грызня с Шайсой основательно подпортила эйфорию. Хён ожидал согласия, Шайса, не скрывая, мечтал, чтоб она удалила свой аккаунт.

«Как же поступить?» Сайя дочитала страницу, машинально ее перевернула и поняла, что даже не запомнила текст. Вернулась обратно.

Дверь в библиотеку открылась, быстро закрылась, и Сайя приподняла голову, чтобы посмотреть, кто еще не может расслабиться на каникулах.