Сговор остолопов полностью

— Ирэна! — заорала Санта, открыв дверь и увидев нерешительную миссис Райлли на ступенях крыльца и своего племянника патрульного Манкузо — на дорожке. — Заходи же ж, голубушка миленькая. Какая хорошенькая ты у нас сёдни.

— Спасибо, милочка, — ответила миссис Райлли. — Фу-у! Я уж и забыла, как долго сюда ехать. Мы с Анджело битый час в этой машине парились.

— Взе дедо в пдобках, вот в дём, — высказал предположение патрульный Манкузо.

— Нет, ты послушай, какой насморк, — ужаснулась Санта. — Ай, Анджело. Ты этим людям в учаске скажи, чтоб не сажали тебя больше в этот тувалет. А Рита где?

— Ода де б даздоении. У дее годова бодит.

— Так не мудрено — сидеть взаперти с этими спиногрызами всю время, — высказалась Санта. — Ай, ей почаще выходить в люди надобно, Анджело. Что она в самом деле?

— Дербы, — печально ответил Анджело. — У дее дербдое даздойздбо.

— Невры это ужыс, — подтвердила миссис Райлли. — Знаешь, чего было-то, Санта? Анджело посеял книжку, что ему Игнациус дал. Стыдоба-то какая, а? Книжка-то ладно, тока Игнациусу ничо не говори. А то он тут такое устроит.

Миссис Райлли поднесла палец к губам, давая понять, что книжка должна остаться тайной навсегда.

— Ну так давай же ж мне свой польт, девонька, — нетерпеливо сказала Санта, чуть ли не сдирая с миссис Райлли старое пурпурное трикотажное полупальто. Ее переполняла решимость не допустить призрака Игнациуса Ж.Райлли до своей вечеринки: он и так тревожил слишком много вечеров в кегельбане.

— Хорошенькая у тебя тут квартера, Санта, — почтительно произнесла миссис Райлли. — Чисто.

— Ага, только я себе линолиму для гостиной нового хочу купить. Ты, милочка, когда-нить себе бумажные занавески вешала? Совсем неплохо смотряцца. Я такие славненькие в «Мезон Бланш» видала.

— Я как-то покупала хорошие бумажные занавески Игнациусу в комнату, так он их от окна оторвал и помял все. Говорит, что они — выкидыш. Кошмар какой, правда?

— Это кому какой вкус, — поспешно высказалась Санта.

— Игнациус же ж не знает, что я сегодня сюда пошла. Я ему сказала, что к новене пойду.

— Анджело, ну-ка налей Ирэне скоренько выпить. И сам виски себе возьми, простуду лечить надо. У меня в кухне кока-кола есть.

— Игнациусу новены тоже не нравятся. Уж прямо и не знаю, чем этому мальчику угодить. Хоть и нельзя так про свое чадо, но Игнациус у меня лично уже во где сидит.

— Я хороший картошный салатец сготовила, девонька. Старичок этот мне сказал, что хороший картошный салатец сильно любит.

— Ты б видела, какую огроменную форму он мне в постирушку бросает. Да еще указывает, как стирать. Будто мыльный порошок по тилевизору торгует. И ведет себя так, точно до упаду надрывается, когда тележку эту свою по всему городу толкает.

— Ты гля на Анджело, лапа. Какой хороший кокель нам намешал.

— А у тебя аспырины есть, милочка?

— Ай, Ирэна! Что ж ты компанию не поддержишь, за что мне такое наказание? Лучше выпей. Погоди, вот старичок придет скоро. Ух, хорошо повеселимся. Смотри, вы со старичком потанцеваете прям перед фоногрыфом.

— Потанцеваем? Да не хочется мне ни с никакими старичками танцевать. А и потом, у меня ноги сёдни отекли, пока формы его гладила.

— Ирэна, нельзя ж его так подвести, девонька. Ты б видела, как он аж расцвел весь, когда я его прям возле церкви пригласила. Бедный старичок. Попомни мое слово — никто никуда его не приглашает.

— Так ему хотелось прийти, а?

— Хотелось? Да он у меня расспрашивать кинулся, одевать ему кустюм или как?

— И чего ж ты сказала ему, лапуся?

— Ну, я и сказала: «А надевайте, чего хотите, мистер».

— Вот это мило. — Миссис Райлли опустила глаза на свое зеленое тафтяное платье для коктейлей. — А Игнациус еще у меня спрашивает, чего это я в парадное платье к новене вырядилась. Сидит щас у себя в комнате, глупости какие-то пишет. Я грю: «А сейчас ты чего это пишешь все, мальчик?» — а он грит: «Я пишу, каково сосыски торговать.» Вот ужыс-то какой, а? Ну кто такой рассказ читать-то станет? Знаешь, скока он принес сёдни из своей сосысочной? Четыре доллара. И как я только буду этому человеку платить?

— Ты гля. Анджело нам славный хайбол принес.

Миссис Райлли приняла вазочку для желе из рук Анджело и двумя глотками сразу отполовинила коктейль.

— Ты откуда такую славненькую штукенцию взяла, дорогуша?

— Ты это про что? — спросила Санта.

— Да про фоногрыф твой, вон посередь пола стоит.

— Это племяшки моей. Ненаглядненькая моя. Только-только школу Святого Одо закончила, а уже хорошо продавщицей устроилась.

— Вот вишь? — возбужденно воскликнула миссис Райлли. — Спорим, ей лучше выходит, чем Игнациусу.

— Боже ж ты мой, Анджело, — сказала Санта. — Хватит уже кашлять. Ложись полежи в задней комнате, отдохни, пока старичок не пришел.

— Бедненький Анджело, — вздохнула миссис Райлли, когда патрульный вышел из гостиной. — Вот уж славный мальчонка. Вы с ним у меня такие хорошие друзья. И подумать тока — мы все встренулись, когда он хотел арессовать Игнациуса.

— Интересно, почему старичок никак не идет.

— Мож, он и не придет, Санта. — Мисси Райлли допила. — Я себе еще сделаю, если ты не против, лапа. У меня промблемы.