Зато порадовал лекарь, сказал, что сможет сына вылечить, снова ходить сможет, даже хромоты не останется. Только детали Волк не понял, вроде что-то нужно было для лечения. Лекарь употреблял в разговоре много индийских слов, от чего понятен оставался только общий смысл. Нужно так нужно, чай Волк не голь перекатная, а боярин новгородский, и нужно лишь озвучить цену вопроса. Рваная рожа успокоил, денег нужно не так много, проблема лишь в изготовлении специального устройства, которое ногу выпрямит. А пока, пусть сын сил набирается, больше гуляет на свежем воздухе и меньше за книгами просиживает. Если уж так любит читать, то пусть делает это на улице. И гимнастику китайскую в обязательном порядке, которой меченный обещал научить.
Уже перед расставанием, обратился индиец со странной просьбой. Просил разрешить его брату перед боем развлекать зрителей своей музыкой. Дескать, так у них на родине принято. Ну какие тут могут быть возражения, коли человеку делать нечего, на бои ходит, да морды таким же бездельникам бьёт, так пусть и музицирует, народ тешит.
Олег
Бумажные баррикады стремительно росли, таблицы заполнялись данными, цифры прыгали с листа на лист, давая пищу стремительным кривым на графиках. Графики показывали «плохо». Практически один в один, как и четыре месяца назад, кривые, описывающие поведение оборотных средств, стремительно падали в ноль, демонстрируя сугубо отрицательный прирост. Олег поскрёб давно небритый подбородок, вспомнил то приятное ощущение, которое он получал от литья помоев на финансового директора. Да, золотое было время. Критиковать финансистов было просто и весело, разруливать денежные дела самому – невероятный геморрой. Тогда, он обосрался с расчётами буквально по всем пунктам и по каждой позиции. Экспроприированные у местных ростовщиков средства стремительно таяли, и остановить финансовый коллапс не представлялось возможным. Лёхина премия за спецоперацию, лишь отсрочила неизбежное. Слишком много потрачено на отладку станков в кузнице и большие закупки метала, эти незапланированные расходы проделали серьёзную дыру в их кармане. Но окончательная катастрофа случилась при реализации проекта, который в перспективе должен был их озолотить. Зеркала.
А ведь стопроцентно выигрышная идея, в средние века они ценились на вес золота. Величкин сказал не вопрос и первый опыт оказался вполне удачным. Он выдул стеклянный шар, пока тот не застыл, вылил в него расплавленное олово. Когда остывшую колбу разбили, получилось несколько кусочков вогнутых зеркал. Это был последний успех, плоское зеркало оказалось изделием иного калибра. Для его изготовления пришлось построить конечно не прокатный стан, то явно что-то близкое. Да и оловом в этом случае не отделаться, нужно серебрение. Поэтому, к моменту получения положительного результата, они нагнали гору листового стекла, Олег окончательно разобрался как в новом мире вести дела и уткнулся носом в черту, за которой лежало разорение. Полное и бесповоротное.
Всё же, у кого-то из них ангел хранитель работал без выходных. Местная звезда ринга сама заявилась с вызовом на бой. Ставки против Лёхи снова поползли вверх, остановившись на пять к одному. Это уже серьёзно. Город полнился слухами, народ горячился, готовясь поставить на бойцов последние штаны, а деньги для ставки отсутствовали. Нет, конечно, присутствовали, но не в том количестве. Часть проблемы снял Милан. Благодетель не оставил и в этот раз, ссудил без процентов, расписок и клятв на крови. Просто под честное слово. Оставшуюся часть суммы пришлось добывать способом, в родном мире совершенно неприемлемым.
Пришлось заложить, в прямом смысле, ВСЁ. Даже часы, которые подарил на выпускной отец и Лёхин арбалет. По иронии судьбы, за всех менеджеров-экономистов и прочий офисный планктон удалось выручить довольно приличную сумму. Вот и пригодились, во истину, каждый человек драгоценность и может принести неоценимую пользу компании. Хотя бы в качестве залога.
Правда, вся затея чуть не пошла прахом. В этот раз, ставили против разведчика вполне оправданно. На ринг против подполковника вышел действительно мастер. Он не владел никакой изощрённой техникой, не обучался у жутко засекреченных профессионалов. Но он побеждал, как каток прокатывающий асфальт, медленно и бесповоротно. Ушкуйник словно предугадывал движения соперника и давил, давил, давил. Остро стал вопрос о прекращении подобного безобразия, мужики разошлись не на шутку, оба уже начали пускать в ход удары, от которых после попадания не исключён летальный исход. К счастью, ответственное лицо попалось сообразительное, после того как зажало в потной ладошке серебряный кругляш, начало понимать с полуслова. И сделало всё как надо, когда театр заработает, надо будет его переманить, прирождённый лицедей.
