— Ты себя недооцениваешь, — прилетает от него. — Кстати, спасибо за одежду, — кивает он на себя, снова привлекая мое внимание, но уже к своей груди. Я все еще отчетливо помню, настолько твердой она ощущалась под моими ладонями.
Господи, опять думаю не о том!
— Не за что, — отгоняя глупые мысли, мямлю я. — Тебе вовсе не нужно благодарить, это ведь все-таки из-за меня ты лишился своей. Надеюсь, на работе тебя за такой вид не заругают, я пыталась выбрать что-то похожее на твой стиль, — тараторю я, заканчивая свой завтрак.
Совсем не в моих привычках мечтать прикоснуться к мужской груди, и все эти воспоминания сбивают меня с толку и невероятно смущают.
— Не больше, чем обычно, — усмехается Дэйв и, словно зная, о чем я только что думала, наклоняется ко мне. — Я просто обязан тебя отблагодарить за то, что ты так обо мне побеспокоилась.
— Ты первый начал, так что незачем, — отрезаю я, нервничая из-за его близости. — Как тебе спалось на новом месте?
Господи, нашла о чем спросить! Сменила, называется, тему.
— Просто превосходно, — усмехается Дэйв.
И чему это он так хитро улыбается?
— Вот видишь, как успокаивающе действует постельное белье в цветочек, — поучительно выдаю я, откидываясь на спинку стула. — Теперь я знаю, что подарить тебе на день рождения, — задумчиво стучу себе по подбородку пальчиком.
— Издеваешься? — уточняет он, сузив глаза. — Я ведь почти купился.
— А что? Ты бы отлично смотрелся среди синих васильков! А еще лучше — среди ромашек, — поправляю я себя, смеясь.
— Ну все, ты попала, — кидается он ко мне, но в последнюю секунду мне удается ускользнуть от него.
— Все равно поймаю, — угрожает Дэйв, бегая за мной вокруг стола.
— Ну конечно, — киваю я, сдувая локон с лица. — Где ты там? Я жду не дождусь.
Дэйв делает обманный маневр и хватает меня в свои объятия. Задыхаюсь от смеха.
— Ну все, пришла пора платить, — шепчет он внезапно охрипшим голосом. Дэйв смотрит очень выразительно, и у меня вдруг во рту пересыхает от волнения. Ноги слабеют, и он перехватывает меня удобней. Наше дыхание смешивается, заставляя сердце забиться еще быстрее. Я словно невесомый воздушный шарик, заполненный мишурой, что щекочет меня изнутри. Секунда томительно ожидания — и Дэйв находит мои губы. Весь мир сужается, оставляя нас одних. Мне вдруг становится мало, и я, словно мотылек, летящий на огонь, сама тянусь к мужчине. В этот раз это было уже не знакомство. Это было обозначение прав. Жадно, сладко и очень томительно.
Даже после того, как наши губы оторвались друг от друга, мы продолжали стоять, дыша в унисон.
Нужно собраться. Не то он подумает, что я глупая цыпочка, растекающаяся лужицей от одного поцелуя.
— Мне пора на работу. Тебя подбросить? — слава богу, голос не дрогнул.
— Вообще-то, это я должен спрашивать, — усмехается он, наконец отодвигаясь и давая мне возможность выдохнуть.
— Прости, забыла, что ты на машине, — мысленно шлепаю себя по лбу. — Пойдем?
— Ты всегда так рано едешь в офис? — спрашивает Дэйв, следуя за мной к выходу.
— А ты разве нет? — оглядываюсь на него и спотыкаюсь. Снова оказываюсь в его руках. Ощущение — будто за оголенный провод схватилась.
— Вообще-то, нет, — отвечает Дэйв, продолжая удерживать меня в неудобной позе. — Мне не хочется с тобой расставаться, — шепчет он. — Это странно, да?
— Ну, мы расстаемся не навсегда, — глупо стараюсь пошутить.
— А если честно? — смотрит так, словно видит меня насквозь.
— Я тоже, — шепотом признаюсь я. — Но работу никто не отменял, — пытаюсь я призвать на помощь голос разума.
— Какая ты у меня пчелка, — усмехается Дэйв и, прежде чем я успеваю унять волнение, вызванное его словами, он снова меня целует.
В этот раз так, будто имеет на это полное право. Томление внутри усиливается, и на секунду я забываю обо всем. Ловлю себя на том, что стою на цыпочках, обвив его шею руками.
Вот тебе и разумная девочка! Что я творю?
Дэйв
Ощущать ее волнение и желание словно попробовать наркотик. Хочется еще и еще.
А еще это ее смущение, которое заводит не меньше, чем тихий стон капитуляции.
Снова дав нам обоим немного прийти в себя, отступаю.
Проскальзывает мысль: «А не девственница ли она?»
Слишком невинно реагирует, удивляется и краснеет так, будто все это для нее впервые. Отгоняю эту мысль, как назойливую муху. Судя по словам Фредерики, у Вики был жених. Вряд ли хоть один нормальный мужик, находясь с ней наедине, мог ограничиться платоническими отношениями.
Вики уезжает первой. Еще с минуту после того, как ее машина скрылась, я стою, собирая мысли в кучку.
Она не согласилась на встречу сегодня вечером. Но ведь и не отказалась.
Обдумывая, куда бы мы могли пойти, возвращаюсь домой.
Я не самый примерный работник, и дед к этому уже давно привык. Переступив порог дома, удивленно замираю.
— Доброе утро, — прилетает от деда вместе с недовольным взглядом.
— Ты, в будний день и не на работе? — выгибаю бровь. — Начинаю сомневаться, что оно доброе.
Опускаюсь напротив него в кресло. Сейчас начнется мойка мозгов.