— С этого дня у тебя отпуск, — выдает он все тем же серьезным тоном, не реагируя на мою колкость. Он переворачивает страницу газеты, намекая на то, что разговор окончен. Будто меня это когда-то останавливало.
— Фондовый рынок упал? Или компания разорилась? А может, таяние ледников привело к тому, что весь мир скоро окажется под водами мирового океана? С чего тебе давать мне отпуск?
— Не ерничай, — отрезает дед, тяжело вздохнув. — Компания от твоего отсутствия ничего не потеряет. Когда тебя там последний раз видели? — задает он, как по мне, глупый вопрос. — Так что я решил поддержать идею Фредерики. Молодоженам нужно время наедине. Как я понял, ты решил остаться женатым человеком? И я доволен этим фактом. Она хорошо образована и обеспечена…
С трудом подбираю упавшую на пол челюсть.
— Еще скажи, что породиста, — перебиваю я его. — Ты не о лошади говоришь, а о человеке, — продолжаю, не обращая внимания на его поджатые губы. — За отпуск благодарен, но я и так собирался уволиться, так что все это ни к чему.
— С чего бы это? — от возмущения дед даже приподнимается. — Ты теперь женатый человек и должен подарить семье стабильность и…
— Я теперь, как ты сказал, женатый человек и сам решу, что мне дальше делать, — отрезаю я.
— Если ты полагаешься на деньги твоей матери…
— Ну почему мы с тобой все время спорим? — откидываюсь на спинку кресла, ощущая, как усталость наваливается на меня, словно многотонная плита. — Я не сказал, что не буду работать, я сказал, что не буду работать у тебя, — поясняю я. — Хочу открыть свой ресторан.
— Откуда в твоей голове берутся эти пустые идеи, мне не понять, — яростно сминает он газету. — У тебя есть стабильная…
— Ты не можешь понять, что я не обязан походить на тебя? — возмущаюсь я в ответ. — Я не ты. Почему бы тебе для разнообразия не поддержать своего внука. Хоть раз.
В ярости вылетаю из дома. И зачем вообще приезжал? Нужно было к себе валить. Вот так всегда. Если ты не такой, каким великий Чарльз Донаван хочет тебя видеть, значит, ты никчемный. Фредерика была права. Я часто оглядывался на деда, неосознанно желая получить его одобрение, и все время откладывал свои планы в дальний угол.
Швырнув ключи на полку в своей прихожей, прохожу в спальню и падаю на кровать.
«Скажи мне что-нибудь хорошее, — печатаю Вики, — мне грустно».
Она тут же перезванивает. Сердце стучит быстрее, и что-то теплое разливается внутри.
— Что-то случилось? С тобой все хорошо? — тревога в ее голосе вызывает внутреннее довольство и в то же время безумное желание ее успокоить.
— Со мной все хорошо, просто не сошлись с дедом во мнениях.
— Я тебя понимаю, — смягчается ее голос. — Сейчас я скажу банальность, но ты ее просто переживи, — усмехается она в трубку. — Возможно, он хочет для тебя лучшего и боится за тебя.
— Ты просто плохо знаешь моего деда, — не соглашаюсь я. — Он абсолютно не похож на твою бабушку. Я бы даже сказал, он ее полная противоположность.
— Было бы странно, если бы он любил розовую помаду, духи «Шанель» и его планом на день было посещение салона красоты, где он мог бы собрать побольше городских сплетен.
Смеюсь, просто представив себе эту картинку.
— Я бы на это посмотрел.
— Господи, нет, еще одной Фредерики этот город просто не переживёт, — притворно ужасается Вики. — Тебе полегчало?
— Еще как, — переворачиваюсь на спину. — Но мне мало, все-таки он меня сегодня еще и уволил.
Решаю утаить, что это моих рук дело.
— Что? То есть как? То есть я знаю как, — тараторит Вики, разволновавшись. — Но как он мог? Ты же его внук все-таки.
Именно этого эффекта я и добивался.
— Ко всему прочему он собирается устроить в доме вечеринку к Новому году. Соберется толпа старых клуш, которые под классическую музыку будут поедать все, до чего дотянутся, и перетирать друг дружке кости. Благо большинство из них плохо слышит. Хорошо для них, но не для меня.
— Господи, из твоих уст все это звучит очень уныло, — подает сочувствующий голос Вики.
— Поверь мне, именно так все и будет, — уверяю я ее. — И тебе, как моей жене, придется присутствовать на этом вечере, — бросаю я свой козырь.
— Что? — выдыхает Вики после долгого молчания. — Но мы же… мы не…
— Поверь, Фредерика добьется того, чтобы ты была на этом вечере, — перебиваю я ее. — Уверен, что она уже говорила с тобой об этом.
— Да, она упоминала о званом ужине, — ошарашенно выдает моя наивная женушка.
— До Нового года осталось пять дней, давай обломаем им весь кайф и уедем куда-нибудь, — предлагаю я. — Только ты и я. Подальше от их прессинга и наставлений. Дадим себе небольшую передышку. Я даже пообещаю готовить для тебя все, что ты захочешь, — бросаю последнюю наживку.
— Я не могу, у меня работа, — отвечает Вики, но в ее голосе я не слышу уверенности.
— Ну что ж, придется надеть этот дурацкий костюм и проторчать весь вечер среди старой элиты, — грустно выдаю я.
— Я думаю, что ты все слишком преувеличиваешь, — усмехается Вики, но сомнения в ней я, кажется, все-таки посеял.
— Я преуменьшил, если честно, — мысленно усмехаюсь. — Не хочу пугать тебя раньше времени.