— Это из–за магии, мисс Грейнджер, — заговорил Флитвик. — Она есть везде, и в воздухе в том числе, пусть и в крохотных объёмах. Находись вы сейчас в маггловском мире, вы бы не заметили разницы, но здесь, в Хогвартсе, всё несколько иначе.
Гермиона посмотрела на меня.
— Ой… А вокруг Макса дымка гуще.
Девушка подошла чуть поближе, несколько неловко — наверняка из–за какого–нибудь искажения. Она протянула руку к моему плечу, словно хочет смахнуть что–то.
— И вокруг меня тоже…
Обернулась к профессору.
— И вокруг вас. Только… Чуть гуще, что ли…
— Просто я взрослый волшебник, — кивнул Флитвик, медленно и показательно взяв палочку в руку. — Следите за палочкой.
Кивнув в ответ, Гермиона стала пристально смотреть за палочкой профессора, сопровождая ту взглядом и водя при этом «биноклем» в пространстве. Флитвик же двигал палочкой в стороне от себя так, чтобы на её фоне ничего не было. Простые и медленные движения рукой, кистью, всем вместе.
— Видите?
— Да! — радость в голосе Гермионы можно было буквально пощупать руками. Мне вот тоже было любопытно.
— А теперь представим, что я — первокурсник. Специально для этого я буду делать всё с академической точностью и строго по правилам, не прибегая к различным ухищрениям и опыту.
Дождавшись согласного кивка, профессор начал импровизированную лекцию.
— Итак. Сейчас я выполню движение для Лю́мос. Только движение — ни воли, ни желания, ни воображения, ни слов. Ничего. Смотрите.
Профессор буквально начертил палочкой петельку вниз. Ничего не произошло, вот только…
— Вау! — восхищённо выдохнула Гермиона.
— Вот. Вы видели буквально искры магии из палочки, тут же рассеявшиеся без всякого смысла. Теперь я лишь произнесу: «Лю́мос».
Палочка профессора неподвижно замерла.
— Лю́мос, — Флитвик выдержал драматическую паузу. — Как видите, результат примерно тот же, только искры несколько разные.
— Да.
— Теперь, только желание, образ, воля, как угодно.
Профессор молча держал палочку неподвижно.
— Как вы видели, мисс Грейнджер, разные искры попытались выстроиться в какой–то порядок, собираясь в маленькую сферу.
— Да, профессор. Похоже, этих искр попросту недостаточно.
— В точку, мисс Грейнджер. Не постесняюсь этого сказать, но, пять баллов Гриффиндору. Теперь я произнесу слово и выполню жест, но без желания.
Профессор вновь вычертил в воздухе простую каплевидную петельку и произнёс: «Лю́мос». Однако, вновь ничего не произошло.
— Занятно, правда? — улыбнулся Флитвик. — Что вы видели?
— Искр стало намного больше и все они были разные, но почти сразу беспорядочно разлетелись и пропали.
— И да, и нет. Не пропали, а слились с окружающей средой и магией, приняв свойства окружающего фона. А теперь, я полностью выполню заклинание.
Профессор взмахнул палочкой и произнёс: «Лю́мос». На кончике палочки вспыхнул шарик голубоватого света.
— Успели рассмотреть? Должен сказать, Лю́мос не самое удачное заклинание для такой проверки. Свет немного слепит.
— Нет–нет, профессор. Всё было отлично видно.
— Всё же, я произнесу другое заклинание.
Флитвик погасил Лю́мос на палочке без всяких «Нокс», и навёл палочку на блокнот, лежавший на его столе.
— Винга́рдиум Левио́са.
Блокнотик, повинуясь движениям палочки, взлетел в воздух, а Флитвик аккуратно и медленно водил палочкой из стороны в сторону, заставляя аналогично двигаться сам блокнот. Гермиона сопровождала взглядом этот блокнот, пока профессор не вернул его обратно на стол.
— Итак? — Флитвик поёрзал на кресле, устраиваясь поудобнее.
— Ну… — Гермиона сделала глубокий вздох, как и всегда, прежде чем выдать некое длинное объяснение. — Во время создания заклинания искры магии были словно несколькими разными потоками, одновременно формируя маленькую плотную сферу. Как для Лю́моса, так и для Левио́сы форма была сферой, но… Как мне показалось, разными. Лю́мос рассмотреть не успела…
Под конец речи Гермиона немного потупилась и даже переступила с ноги на ногу.
— Именно. Передайте, пожалуйста, маговизор мистеру Найту.
— А? Да, сейчас, — Гермиона потянулась руками к ремням на затылке. — Эм, а…
— Просто пожелайте снять. Тут как с метлой.
— Ясно.
На секундочку Гермиона замерла, а спустя миг ремни устройства расслабились.
— Держи.
— Ну, посмотрим, что там за охи и ахи.
Надев на голову этот импровизированный бинокль и ощутив, как ремни мягко обхватили голову, решил осмотреться. Мир и вправду был словно в лёгкой дымке, если не считать потемнения по краям зоны видимости артефакта.
Со мной история повторилась полностью. Показываемые профессором демонстрационные действия с палочкой вызывали лёгкое напряжение дымной плёнки вокруг его тела и тонкие и блёклые ручейки искорок магии. Эксперимент полностью соответствовал описанию Гермионы.
— А теперь давайте сделаем выводы, — заговорил Флитвик, когда получил обратно свой артефакт, но убирать его не стал. — Можете записать, если есть желание.
Само собой, как минимум один из нас это желание имел, а потому в руках Гермионы мгновенно оказался блокнотик и обычная ручка — всё–таки хорошо, что повседневные записи мы делаем таким образом, а не пергаментом и перьями.
