Раз такое дело, решил для начала просто запомнить книги не обдумывая — на это–то я способен? Способен. А потому, быстро сбегав на кухню и перекусив, вернулся в библиотеку и начал лихорадочно запоминать содержимое книг — потом обдумаю и пойму. В таком состоянии эффект диадемы почти не подключался, лишь усиливая и без того хорошую память. Кстати, для достижения эффекта идеальной памяти мне требуется всё меньше и меньше усиливать гемомантией нервную систему. Сказывается процесс адаптации организма и усиления на протяжении трёх лет?
До самого вечера я спокойно запоминал всё подряд, попросту листая книги. Со стороны может показаться, что я страдаю какой–то фигнёй. Возможно, так оно и есть. Возможно, стоит обратиться к кому–то более сведущему и будь я Гарри Поттером, то уже стоял бы напротив стола Дамблдора. Хотя, смысл? Могу поспорить, что мне бы сказали что–то типа:
«Гарри, мальчик мой, я прекрасно понимаю, что на твою долю выпали тяжелые испытания. Всем нам непросто, и мы обязательно преодолеем их вместе. Сейчас я, к сожалению, ничем не могу тебе помочь, но могу пообещать, что соберу нужную информацию, подготовлюсь, и обязательно расскажу тебе, когда придёт время. А сейчас, отправляйся домой на Тисовую — полнолуние скоро».
М-да. Такие мысли заставили меня улыбнуться ненароком.
— Мистер Найт, — отвлёк меня от книг голос мадам Пинс, и я обернулся на звук.
— Да?
— Буквально через несколько минут прибудут ученики и начнётся пир в честь нового полугодия.
— Спасибо, что напомнили.
— Не стоит благодарностей.
Раскладывание книг по местам немного задержало меня, а потому, когда я подходил к большому залу, остальные ученики уже собирались там — им хватило времени, чтобы оставить верхнюю одежду в гостиных и своих комнатах. Из толпы вырулила Гермиона, тут же оказавшись рядом.
— Привет, — улыбнулась девушка, сразу же обняв. Я не мог не улыбнуться и не ответить.
— Привет. Как каникулы прошли?
— Просто прекрасно! Пойдём скорее в зал. Честно говоря, есть хочется, ты не представляешь как.
Приехавшие с каникул ученики всячески выражали своё счастье, ведь дементоров не было. Шум, гам, счастливые лица. Каждый рассказывал о какой–то истории, произошедшей с ним на каникулах или о том, как провёл праздник с родственниками. Даже вечно строгие к себе и к манерам за столом слизеринцы были куда более открыты. А ведь я в запале мозгового штурма даже не заметил, как эти некро–чудища улетели обратно в Азкабан.
— Макс, ты даже не представляешь, как я рада, — с улыбкой Гермиона накладывала себе разного мясного. И кого тут ещё оборотень покусал?
— Да? — я вот тоже мясо люблю, и не отстаю от подруги.
— Конечно, — уверенно и с улыбкой кивнула Гермиона. — Неужели ты не чувствуешь? Даже дышится легче, когда дементоров нет рядом. Теперь можно без всяких проблем учиться и тренироваться.
— Ты и с дементорами это делала без проблем. Даже с большим энтузиазмом.
— Это не то, — Гермиона прожевала кусочек отбивной. — Там словно из–под палки занимаешься, от безысходности. Без энтузиазма. Это совсем другое и результаты немного не те.
— Тут не поспоришь.
Утолив первый голод, сбавили темп и ели более размеренно, оставляя паузы для разговоров — всё равно на этот пир выделен час.
— Расскажи лучше, что в Хогвартсе произошло, пока меня не было?
— Ну, прям вот всех подробностей я не знаю, но после рождества тут была страшная паника. Как я понял, Блэк пробрался в замок вновь. Но там вроде как–то что–то, — я покрутил рукой в воздухе, — само собой всё решилось, а следующим утром директор сказал, что Блэку, как выяснилось, вообще не нужен был Гарри, и не ученик Хогвартса, и не профессор — у него тут были свои дела.
— Даже так? А столько шума.
— Это вообще лучше в спокойной обстановке обсуждать.
Сидели мы рядом и на наши разговоры всем было плевать, потому если тихонько, то можно. Но не обо всём.
— Ясно. Слушай, а чего это Рон и Гарри как–то подозрительно косятся в нашу сторону? Я бы даже сказала, на тебя.
— Ну, ты же знаешь моих родителей?
— Оу-у, ясно.
Когда пир подошёл к концу, слово взял Дамблдор и всех поздравил с успешным разрешением ситуации касательно Блэка и уходом дементоров обратно в Азкабан. Успехов всем в учёбе, по кроватям — марш! Ничего нового, в общем.
В гостиной старшие курсы чуть ли не впервые за этот учебный год решили устроить вечеринку, успев переодеться в более свободную одежду, так сказать, не по дресс–коду. Не обошлось и без помощи близнецов, притащивших контрабанду. Мы же с Гермионой умостились на нашем диване, на который никто никогда не обращает внимания — третьекурсников уже не гонят по спальням в отбой. Остальные же наслаждались отсутствием ментального давления, потягивали сливочное пиво, хвастались выученными шуточными чарами, то и дело вызывая разные яркие спецэффекты, а близнецы раздавали всякие непонятные сладости, без всяких последствий творящие с учениками всякое трансформирующее цветоменяющее непотребство.
