Однако, ситуация вновь изменилась. Макс резко дёрнул головой, положил женщину обратно на землю и поднялся в полный рост. Вновь разразившись серией шипений и порыкиваний, словно споря сам с собой, он посмотрел куда–то вдаль, в сторону заката.
— Только под маскировкой… — сказал он на английском, и его мантия обратилась в чёрный дым, меняя свои очертания на плотный чёрный костюм и уже другую мантию с глухим капюшоном. Проведя рукой в чёрной перчатке перед своим лицом, парень создал под капюшоном непроглядную тьму и исчез в воронке аппарации.
Дельфина испытала невероятное облегчение наряду с глубочайшим разочарованием.
«Мной ещё никогда так не пренебрегали». Постепенно успокаиваясь и глядя в медленно темнеющее вечернее небо, леди Гринграсс, что совсем не аристократично валялась неподвижной куклой на опушке леса под деревом, пыталась вернуть телу подвижность. Небезуспешно. Нужно лишь время.
***
Северус Снейп ненавидел этот день. Ненавидел, как и многие другие в его жизни. Мало того, что последние дни из–за приказов, просьб и прочих вежливых обращений, обязывающих его в добровольно–принудительном порядке заниматься делами двух влиятельных волшебников с завышенным самомнением, лишая себя сна, отдыха, и прочих, так необходимых пока ещё живому человеку потребностей, так ещё и эта безумная боевая единица, более известная как Белла, решила, что её компания жизненно ему необходима именно сегодня. А всё почему?
Потому что именно сегодня Северусу нужно на ночь глядя отправиться в Лютный переулок за различными ингредиентами и прочими заказами Лорда. Именно в этот вечер чокнутой стерве надоело донимать всех остальных и периодически сбегать в неизвестном направлении. Именно в этот вечер она поняла, насколько убог её племянник как волшебник и попытками научить его хоть чему–нибудь она лишь загонит Драко в могилу. Впрочем, это никого кроме Нарциссы не расстроит. Вот почему Максимилиан является выдающимся волшебником, а Драко — карикатурной пародией на оного? Неужели кровь Малфоев настолько…
— Северус–Северус… — хрипловатым грудным голосом пропела Белла, закутанная в чёрные одежды и мантию с капюшоном. — Смотри какое там убожество…
Она шла рядом лёгкой походкой, словно и не сидела почти четырнадцать лет в Азкабане. Правда, если применить диагностические чары, то глаза от изумления из орбит вылезут и переедут на затылок, на постоянное место жительства — проще сказать, каких проблем у неё нет. Впрочем, они все такие, благо что хоть по уровню магических сил слабей не стали.
— Мы здесь не за этим, — спокойно попытался остановить волшебницу Снейп. — Нам следует прийти и забрать несколько… нам не следует убивать всех подряд, Белла.
Чокнутая дамочка решила–таки испытать какое–то проклятье на не к месту подвернувшемся бедолаге и уже вытащила палочку.
— Сева–Сева, а давай ты его приложишь одним, а я — другим, и посмотрим, что получится?
— У нас нет на это времени, — не оборачиваясь, спокойно произнёс Снейп, двигаясь дальше по узким тёмным переулкам Лютного. Удивительно, как их появление распугало местных завсегдатаев.
— Северус! — голос Беллы резко переменился с игривого на требовательный. — Не смей оставлять меня наедине с моими капризами!
Дробный стук каблучков по мощёному камнем проулку дал Северусу понять, что Белла решила не отставать и нагнала его. Вместе завернув за очередной угол и оказавшись почти в полной темноте от тесно стоящих неухоженных каменных домов, Северус почувствовал неладное и рукой задвинул Беллу за спину, при этом шагнув в небольшую нишу в стене.
— Руки! — возмутилась Белла, но Снейп лишь показал жест: «Молчать. Внимание. Опасность».
Они синхронно вытащили палочки и как раз в этот момент в двух десятках метров от них, дальше по проулку, каменная стена дома разлетелась, как от взрыва, а вместе с крошкой, пылью и крупными кусками камня, на улицу вылетело тело волшебника в грязных одеждах. Свет из образовавшегося проёма выдернул из темноты очень быстро двигающуюся чёрную фигуру в мантии, что тут же оказалась рядом с несчастным и схватив его одной рукой за грудки, подняла в воздух.
— Не–е–ет! — кричал несчастный.
Его кожа начала трескаться, а через эти трещины пробивался тусклый красный свет. Северус узнал его — именно он и группа таких же ублюдков поставляла внутренние органы людей для экспериментов. Людей и нелюдей. Сами они были оборотнями, но это мало что меняло.
Вырывающийся из–под трещин в коже несчастного красный свет, словно превращался в струйки жидкости, быстро перетекая туда, где под непроглядной чернотой капюшона державшей его фигуры должен был находиться рот.
Из проёма в стене выбежала ещё одна фигура в лохмотьях — подельник того оборотня, что в хватке неизвестного иссыхал и начал рассыпаться пеплом, развеиваясь по несуществующему ветру. Подельничек пытался убежать, но нелепо запинался об обломки стены. Он не видел, что фигура в чёрном уже закончила с трапезой и обратила на него внимание, взмахнув рукой. Несчастного буквально вбило в каменную дорогу и он, на краткий миг, увидел Северуса и Беллу.
— Бегите, глупцы…
