Не знаю, гибель ли местного колдуна так подействовала, или вокруг действительно были безлюдные места, но следующие несколько километров мы проделали без приключений. Не считать же за такое нападение бешеного волка с синими глазами, походя зарубленного Белосельским.
— Почти все, как и рассказывали, — поделился тот. — Только вот про колдунов никто не упоминал. Но если здесь все такие неумехи, то не страшно. Вернемся, деревеньку купим, да, Мила? Или даже село?
— Ага, — блондинка мечтательно улыбнулась. — Стародворье. Смотри, что это там?
Дорога вылезла из леса и теперь шла по проплешине — обожженая земля метров на двести в обе стороны так ничем и не проросла, а вот грунтовка превратилась в проезжую часть — с твердым гладким покрытием. Мы поднялись на взгорок, и дальше вниз было хорошо видно, как дорога снова уходит в лес, где-то через километр-полтора. А прямо на краю выжженой земли стояло какое-то двухэтажное строение, явно раньше бывшее частью большого комплекса — остатки полностью разрушенных домов виднелись повсюду.
— Дом какой-то, — Ирий пожал плечами. — Тут же живут люди, только почему ханьцы, не пойму. Ты как думаешь, Марк?
— Каждый четвертый — ханец, — поделился я иномирным знанием.
— Вообще-то каждый третий, но тут их слишком много. Такое впечатление, что кроме них, никого не осталось. Интересно, что тут такое произшло? Повозки странные, да еще летающие, оружие вот чудное, а по виду голытьба-голытьбой, будто всех воинов убили, а крестьянам все досталось.
За этими разговорами мы подошли поближе.
— Смотри, надпись какая-то непонятная, — Мила подошла к остаткам двери, шлепнула ладонью по налепленной на стену табличке с гравировкой. — Буквы как наши, но и другие есть. Первая вроде как Е перевернутое. Ебакиа… дальше какие-то знаки непонятные, потом ох…
Я пожал плечами. Прочти я «Эвакуационный пункт» по-русски, вряд ли удалось бы Пограничьем отбрехаться.
— Точно не ханьские закорючки, — подтвердил Ирий. — Словно кто-то имперские буквы взял и свои добавил. Внутрь пойдем?
Внутрь мы не пошли — местные явно использовали пункт не по прямому назначению, обгадив все начиная от входа. Только одна вещь привлекла внимание — детская кукла, валявшаяся прямо у бывшей двери. Странно, что никто на нее не позарился. Мила подняла пупса в грязном платьице, повертела и аккуратно положила назад. Силиконовая голова куклы была прострелена.
— А лицо-то у куклы славянское, — подметил Ирий. — Значит, не одни ханьцы обитают.
Или обитали. Я поежился внутренне. Что же тут такое случилось, что Земля азиатами заселена?
Ближе к городу проплешины на земле стали попадаться все чаще. То, что с башни выглядело как черные кляксы, при ближайшем рассмотрении оказалось спекшейся землей. И если вдали от города она была просто выжжена, то в зоне видимости застыла стеклообразной массой. Как при взрыве каком-то.
— Это какие маги воевали, — Мила цокнула языком, — тут мощь первого круга нужна, чтобы вот так землю в твердь превратить.
И не только землю. Виднелись остатки фундаментов, еле выступающие из-под земли скелеты конструкций, все это было покрыто нанесенной пылью, на которой, отвоевывая место для жизни, прорастали пучки травы. А сам город вблизи производил удручающее впечатление. Будто метлой прошлись, сверху-то казалось, что какие-то здания есть, но на самом деле — только остатки строений. Искореженные несущие балки, почти нетронутые временем, обломки стен из того же, что и у башни, материала, не хватало только скелетов. Хотя почему не хватало — на одном из обломков явно отпечатался рентгеновский снимок.
К центру города разрушения становились все сильнее, тут уже было не различить, где куски зданий, остатки техники, все спеклось в одну черную массу. И только прямо по ходу стояло нетронутое здание. В стиле сталинского ампира — со звездой на высоком шпиле.
— Пентакль, немудрено, что устояло, — Ирий на всякий случай активировал щит. — Не нравится мне это место, Марк.
Будто в ответ на его слова над правым крылом здания поднялись две черные капли и рванули к нам.
— Быстро сюда, — Белосельский хлопнул в ладоши, мы сгрудились вокруг него.
Вовремя. С истребителей сорвались плазменные заряды и тут же растеклись по куполу. Каплеобразные летательные аппараты разошлись в разные стороны, беря нас в клещи.
Ответный залп никакого результата не дал. Заряды даже не долетели до нападающих, просто развеялись в воздухе.
— И это еще не все, — Ирий мотнул головой — из открывшегося проема выезжали ховеры, один в один как перевезший нас через реку. Только они, в отличие от того, были в гораздо лучшем состоянии. Шесть штук окружили нас полукругом, я обернулся — путь к отступлению тоже был перекрыт. Две фигуры в черных балахонах стояли прямо на дороге. Одна из них махнула рукой, истребители тут же прекратили обстрел. А потом шагнула по направлению к нам.
— Не стреляй, — предупредил Белосельский напрягшуюся Милу. Но купол не снял.
Меж тем фигура в балахоне подошла поближе, откинула капюшон, за которым оказалось обычное светлоглазое вполне славянское лицо.
