– Хочется верить, что у вас все получится. Ваше Высочество, вы…
– Ты снова за свое? – Клейс пребывал не в самом добром расположении духа. Сир это понял.
– Ладно, Твое Высочество, я уже перестал. Не забывай, что Редгласс и о тебе наслышан, он подготовится.
– Я знаю и жду этого.
– Если Редгласс не терзает тебя, тогда от чего ты столь хмур и потерял аппетит? Опять плохо спишь? Если бессонница замучила, то следует применить то, что я советовал… Или не помогает?
– Твой метод бесподобен, благодаря ему я высыпаюсь, словно мне снова пять, я живу в Гринтри, и Аалия рассказывает мне на ночь истории о рыцарях и королевах, чудовищах и морских приключениях. Да, я очень благодарен тебе, мне и правда намного лучше. Уверен, что тебе следует переговорить с лекарями и Гроссмейстером, чтобы они узнали о самом действенном методе борьбы с плохим сном.
– О, этого рецепта заслуживает далеко не каждый. Но ты мне так и не поведал, что может терзать тебя так же сильно, как отсутствие сна. Право, Твое Высочество, ты и без того не выглядишь крепким, а уж если продолжишь в таком духе, то начнешь походить на оголодавшего бедняка, а не на лорда.
– Полагаю, что все и разом. В Ферстленде, да и за его пределами жизнь меняется. И порой мне кажется, что я беспомощен и от меня ничто не зависит. Огромная волна изменений несется на королевство, я барахтаюсь в ней, сбиваю пену, в надежде, что благодаря этому смогу управлять всей толщей воды, но в этом нет никакого смысла. Я лишь создаю видимость борьбы, а на деле же – только подчиняюсь течению.
– И что за перемены ты узрел, пока седлал волну? А еще и горести, которые натолкнули тебя на дурные мысли?
– Мой брат не отвечает, и я не знаю, что с ним и жив ли он. Если нет, Гринтри останется без взрослого лорда на долгие годы, Ласс выступит в качестве наместника, но у него полно и своих дел, а власть его никогда не интересовала. Экрог Редгласс, которого мы недавно вспоминали, вскоре будет казнен. Если его дети причастны к его деяниям и поддерживали отца – а хотя бы двое из них уже взрослые и могли бы править самостоятельно, – то я должен буду наказать и их. Быть может, в качестве главы рода останется новорожденный сын Экрога и бывшей леди Бладсворд, если это мальчик. А если нет, то мне придется еще поразмыслить над этим. И Династии потребуется помощь, так как я не верю, что власть в руках ребенка и молодой вдовы принесет их землям счастье, как и Ферстленду. К тому же в назидание я должен буду забрать часть владений лорда серединных территорий и разделить между Флеймами и Глейгримами. Полагаю, что вернут их обратно Редглассам уже дети, а то и внуки Аурона. Это принесет мне не меньше проблем, особенно с вассалами.
– А еще же и Мортон… Да, нелегко. Что ты планируешь делать с ним, Твое Высочество?
– Лорд Мортон Бладсворд все еще жив только потому, что успел вмешаться в войну до моего приказа и имел благоразумие сбежать к себе и делать вид, что его ничто не касается. Если же слухи о его причастности к Культу Первых и помощи ему оправдаются, то его ждет суд. Но и без этого у него мало шансов выжить – его недолюбливают собственные вассалы, и если его не казнят в Санфелле, то лорды Ветвей или, конечно же, «случайные» разбойники лишат его жизни, как только подвернется шанс. Он сам довел до этого; учитывая вмешательство в войну и распространение слухов – а сидеть молча и тихо он не мог, – я не стану защищать его и каким-либо образом мешать недовольным. Но кто сядет на трон Бладсвордов? Эрин, сестра Брейва, которая изгнана братом за жестокое преступление? Сам Брейв, отправившийся в путешествие? Неизвестно, жив ли он, его сын-бастард мог погибнуть вместе с ним. Эриза теперь леди-жена Редгласса, и только племянник – сын предательницы – может занять место правителя, когда немного подрастет и обучится.
– Но если…
– Я не закончил. На трон севера, как и на восточный, скорее всего, сядет бастард. Рирз, сын Рогора Холдбиста. Два незаконнорожденных правителя среди Великих Династий, да еще и одновременно, – не слишком ли для одного Ферстленда? Но это единственный разумный вариант, в том числе и для того, чтобы точно заручиться поддержкой. Культ доказал, что мне нужны союзники, которых я могу не только призвать, надеясь на их благосклонность и разумность, но и те, которыми можно хотя бы как-то управлять.
– Думаешь, что у бастардов в запасе больше совести и чувства благодарности?
– Разумеется, нет, хотя о благодарности ты сказал верно. Я полагаю, что у них больше чувства страха и осознания, что их положение вновь может сделаться шатким благодаря моим стараниям. Это заставит их быть верными соратниками куда лучше, чем желание отблагодарить добродетеля, тактичность и минимальная совесть, на которую я уже давно перестал уповать.
– А юг?
