Путешествие до Кеирнхелла прошло не лучшим образом, а под конец лорд Флейм и вовсе умудрился заблудиться. Впрочем, на помощь пришел сир Тордж Проницательный – королевский рыцарь и командующий войском, которое регент отправил, чтобы закончить конфликт между Династиями. Как и предполагал сын Дарона, Зейир решил воспользоваться своим даром, чтобы уничтожить врага, – дядя совершенно не опасался, что его особый талант откроется людям, что подданные могут углядеть в предводителе чудовище из древних легенд, или возвращение Первого, что это впоследствии повлияет на весь род. Если Верд скрывался и не хотел непонимания, то брат отца, напротив, использовал пламя масштабно, с бравадой и даже приготовил для себя постамент повыше. Но каким бы он ни пытался казаться, как только понял, что проигрывает и вскоре может предстать пред королем и регентом, и, естественно, понести ответственность за все деяния, предпочел позорно сбежать.
Позволить дядюшке уйти Верд, разумеется, не мог, и его бывший враг Раял придерживался того же мнения. Они, не сговариваясь, бросились за Зейиром, через час или два случайно встретились, или, вернее сказать, Верд нагнал Глейгрима, так как сначала долго собирался и призывал вассалов, пораженных коварством брата Дарона, а после сначала отправился в противоположную сторону, спутав следы, и наткнулся только на заставу из людей Раяла. Подданные нового Проклятого короля вежливо попросили Флейма отойти, так как получили приказ никого не пускать. Верд немного повздорил с командующими, но, так как время поджимало, подчинился и направился в нужную сторону.
Встретившись, оба лорда продолжили погоню вместе.
Удача была не на их стороне. Вероятно, трус и братоубийца заранее озаботился собственной безопасностью и продумал план отступления. Несмотря на то что люди Раяла сорвались в погоню почти сразу, часть даже до прямого приказа, Зейир сумел ускользнуть. Довольно долго отряды прочесывали округу, и правители-соседи не отставали от простолюдинов. Долгая скачка в седле до Кеирнхелла, а после по непротоптанным полям, перелескам и холмам давала о себе знать, Верд тихо ругался. Он очень старался держаться достойно, но постоянно ерзал, охал и кряхтел, надеясь, что его никто не слышит.
Уже под самый вечер Раял заметил недовольство приятеля, остановил поиски и предложил возвращаться, чтобы не нервировать королевских рыцарей. Он же предположил, что, скорее всего, лордов – участников войны попросят ненадолго отлучиться из своих замков и отправиться к королю и регенту. В Санфелле им, разумеется, назначат наказание за начало войны и кровопролитные сражения, более того, начатые в неблагоприятное для этого время. О наказании пойдет молва среди простого люда, которому необходимо время от времени напоминать, что король защищает всех подданных. Также Проклятый король заметил, что неблагоприятное время – это любое, в которое от короля или регента не поступило письменного разрешения немного повоевать.
То, что правителей и преданных вассалов Династий вызовут на разговор, было понятно, как и то, что регент не ограничится в выборе наказания изъятием земель. Скорее всего, и Флеймов, и Глейгримов ждет повышение податей, обязанность помогать в освоении Новых Земель и развитии Цитадели Ферстленда. А может, в возведении замка для мудрецов на втором материке. Кроме того, Форест наверняка будет изобретать любопытные способы примирить Династии.
Верд предполагал, что основное действо развернется в Санфелле, стоит лордам прибыть, но Клейс Форест решил, что мстить следует начинать задолго до этого. Во-первых, никаких карет не было предусмотрено, ведь требовалось добраться до столицы как можно скорее. Следовательно, все время верхом, кроме редких перерывов на привал. Во-вторых, походные условия продолжались, так как никаких слуг лордам не выделяли, припасы пополняли в городах и деревнях, и были они скудны и пресны, и правителям предлагали всего два, редко три варианта – мясо или рыбу в виде похлебки, то же самое, но поджаренное на углях или вертеле и вяленое. У сиров Серого Ордена был еще один вариант, после озвучивания которого Флейм даже захотел им накостылять, – «ничего не жрать». В отношении Верда, когда тот отказался второй день подряд есть запеченную рыбу с медом, дикими грушами и тощими лепешками, которые рыцари искусно делали на разогретых камнях, этот способ решились применить – правителя Великой Династии оставили без ужина.
Добрый друг Раял Глейгрим, совершенно не любящий еду во всех ее проявлениях, решил поделиться с соседом, и обозленные непонятно почему на Флейма Серые Братья отобрали пищу и у него. Верх наглости! Верд угрожал мужам расправой, но совсем не такой скорой, чтобы в самом деле напугать.
