- Командир, надо немедленно доложить о нашей посадке, - напомнил Алексей Максимович.
В это время подъехала полуторка, из которой вышел начальник политотдела совхоза. Тут же была организована охрана самолета, кто-то принес теплую одежду для экипажа.
Алексей Максимович написал записку для передачи по телефону на аэродром: «Сели благополучно. Экипаж жив. Медицинской помощи не надо. Место посадки…»
Стало совсем темно. Понимая, что их обязательно будут искать, члены экипажа вместе с присутствующими местными жителями разожгли большой костер. В это время над местом посадки прошел поисковый самолет. С борта самолета на аэродром была послана радиограмма: «Пять километров юго-восточнее поселка вижу большой очаг огня, видимо, это догорающий самолет». К месту «догорающего» самолета был направлен вертолет. Какова же была радость, когда мы увидели живыми и невредимыми своих боевых друзей.
Конструкторы быстро обнаружили неисправность, из-за которой произошла эта авария, самолет был перевезен на завод, отремонтирован и через небольшой промежуток времени вновь был в строю.
Чрезвычайное положение
Накануне бушевала метель. Двое суток никто из летчиков носа не показывал на аэродром. Такого снега давно не было. О полетах не могло быть и речи. В воздухе полнейшая тишина. Только мощный рев ротационных снегоочистительных машин, круглосуточно работавших по очистке летного поля, напоминал, что о летчиках думают, для них работают люди из тыловых подразделений. Их задача - обеспечить постоянную готовность аэродрома к полетам. И они это всеми возможными, а порой и невозможными силами, делают.
Вдоль полос, основной и запасной, вдоль рулежных дорожек выросли огромные валы снега. Получились настоящие улицы с высокими снежными заборами, а обвалованная такой же стеной снега стоянка самолетов казалась белым ангаром, созданным самой природой.
Метель кончилась так же внезапно, как и началась. И погода установилась прекрасная. На небе ни облачка. Хватает за лицо легкий морозец. Лучшего для полетов, тем более испытательных, нельзя и желать. Все это понимают и, не щадя сил, готовят самолеты к запланированным полетам. На стоянке десятки различных машин. Но среди всех выделяется одна - остроносая, с большим углом стреловидности крыльев. Красивая, стройная, она напоминает улей с его трудолюбивым, не знающим отдыха роем. Десятки людей, не зная усталости, вкладывают свои силы, знания и опыт в дело обеспечения надежности работы всех систем самолета, в дело безопасности полета. Благодаря самоотверженному труду этих беспредельно преданных своему делу авиаторов нам, испытателям, не раз удавалось, как говорят, «выходить из воды сухими».
Полетят на новой машине Петр Филиппович Кабрелев и Владимир Иванович Волков - известные испытатели и уважаемые всеми товарищи.
Петр Филиппович - опытный, прекрасно зарекомендовавший себя инженер летчик-испытатель. После окончания Военно-воздушной инженерной академии имени Н. Е. Жуковского он остался верен избранному в детстве пути. Небо для него - родная стихия. Смелый, мужественный летчик с глубочайшим знанием аэродинамики дозвуковых и сверхзвуковых скоростей. За его плечами не один десяток сложных и рискованных испытаний самолетов-истребителей, много мелких и довольно крупных событий в воздухе, окончившихся благополучно только благодаря его хладнокровию, выдержке и отличному знанию техники.
Не менее яркая биография и у штурмана Волкова Владимира Ивановича. Он уже больше пятнадцати лет бороздит просторы воздушного океана. За его плечами большой боевой опыт, приобретенный в воздушных боях Великой Отечественной войны, штурманский факультет Военно-воздушной академии, а также сотни испытательных полетов на различных типах поршневых и реактивных самолетов. Репутация Волкова как штурмана-испытателя не требует комментариев. Любое задание он выполняет со знанием дела.
Испытание фактически подходило к концу. Позади остались десятки полетов на определение летных характеристик самолета, расхода топлива на различных режимах, на определение работоспособности отдельных приборов и систем и, наконец, необходимое количество полетов на снятие прочностных характеристик. Было радостно, если все получалось хорошо, и неприятно, когда дело доходило до ситуаций, опасных для жизни испытателей.
И вот дошел черед до последнего по программе испытательного полета.
