Даже здесь, когда у нас была лишняя кровать, а детей можно было легко отправить в детскую комнату, муж опять продолжил отказываться от интимной близости со мной, обзывая меня похотливой бабой и шлюхой, у которой только одно на уме. Да только как я могла об этом не думать, когда моя здоровая физиология требовала физического контакта с мужчиной, а тот единственный представитель «сильного» пола, который был рядом, не желал прикасаться ко мне!
В общем, в этом плане мои ожидания не оправдались. Муж продолжал жить в своё удовольствие, не думая о жене и о детях, а по вечерам наведывался в местные бары, в которых гулял за мой счёт.
А вернувшись из поездки, Андрей с такой горячностью рассказывал о пребывании в Литве, словно совершил величайший подвиг, вывезя свою жену и двоих детей на отдых в заграничный санаторий. А я продолжала скромно молчать, чтобы случайным словом не принизить «достоинства» своего мужа в глазах других людей. Потому что в любом случае я была рада, что смогла посетить прекрасный литовский санаторий, хоть мне и пришлось взять с собой в нагрузку нерадивого мужа, оплатив своими кровными деньгами его беззаботный отдых.
После небольшой передышки, которую я позволила себе, ненадолго вырвавшись из ненавистного быта, мне стало чуть легче. Я уже не так болезненно реагировала на упрёки мужа и свекрови. А вскоре меня ждала ещё одна хорошая новость.
Был вечер пятницы. Муж возвратился с работы и во время ужина сказал мне:
– Олеся, у меня для тебя радостное известие. Мама завтра уезжает на три недели в подмосковный дом отдыха.
Да, такая хорошая новость кому угодно поднимет настроение! И я мысленно представила себе, что в течение трёх недель мне не придётся круглые сутки напролёт видеть эту ужасную женщину, которая измучила меня своими постоянными упрёками и оскорблениями. Теперь я спокойно смогу готовить еду, не опасаясь её пристального надзора, спокойно смогу стирать бельё в то время, когда это удобнее мне, а не тогда, когда она соблаговолит освободить ванную. Я даже в туалет теперь смогу ходить тогда, когда мне этого захочется, и сидеть там сколько угодно, не ожидая её стука в дверь с требованием освободить для неё место.
Признаться, посещение туалета, действительно, стало для меня огромной проблемой, потому что стоило мне туда зайти, как в ту же секунду свекровь поднималась со своего дивана, отрываясь от просмотра телевизора, либо выбегала из кухни, если она сидела там, и спешила к туалетной двери.
– Олеся, выходи! – требовательно стучала она, не давая мне провести в этой кабинке больше двух секунд.
А на свою беду, я принадлежу к той незначительной категории людей, которые стесняются в туалете лишний раз выпустить газы, если под дверь кто-то стоит.
В итоге я стала терпеть до последнего, стараясь ходить в туалет как можно реже. И естественно, мой организм отреагировал на это постоянными запорами.
И тогда я стала пытаться ходить в туалет глубокой ночью, чтобы никто не мешал мне делать там свои дела. Но свекровь и в это время умудрялась мне мешать.
С рождением сына я стала ложиться спать очень поздно: в три, а то и в четыре часа ночи. Но даже в это время стоило мне неслышной походкой проползти к туалету, как свекровь тут же открывала дверь своей комнаты, словно стояла на стрёме, и, идя вслед за мной, твердила:
– Что-то мне не спится. Пойду в туалете посижу.
И я отвечала:
– Но если Вам не спится, то, наверное, Вы можете ещё полежать. Дайте мне спокойно сходить в туалет, а потом сидите там хоть до самого утра.
– А что это ты мне указываешь? Я в своём доме! Что хочу, то и делаю! Это ты здесь чужая! Мы с сыном терпим тебя лишь из жалости. Так что лучше благодари меня, что я тебя с детьми на улицу не выгоняю!
– Но это же дети Андрея! Ваши внуки!
– Это твои дети! И мне они никогда не были нужны! Мне нужен лишь мой сын, которого ты у меня украла!
После подобных речей мне, конечно же, уже совсем не хотелось идти в туалет. Я спешила спрятаться от этой женщины, так сильно ненавидящей меня, что она даже не пыталась скрыть этого.
Поначалу я надеялась, что всё это – странные совпадения, и потому попросила дочь понаблюдать за мной.
– Алёна, мне кажется, что бабушка постоянно подкарауливает меня. Потому что как только я захожу в туалет, то она сразу же идёт следом за мной. Возможно, у меня паранойя или мания преследования, потому посмотри, пожалуйста, сама и скажи своё мнение.
И после пары дней наблюдений, дочь сказала мне:
– Мама, ты права. Раньше я этого не замечала, но сейчас, когда ты мне всё рассказала, я убедилась в том, что бабушка преследует тебя. Пока ты с Артёмом не выходишь из комнаты, она спокойно смотрит телевизор или сидит на кухне и смотрит в окно. Но стоит тебе подойти к туалетной двери, как бабушка мгновенно подскакивает с места и бежит следом за тобой.
– Спасибо, Алёна, – поблагодарила я дочь. – Ты подтвердила мои опасения. А то я уже подумала, что у меня начались проблемы с психикой.
