— Хм, интересно, подключай меня через наш канал. Послушаю, что затеяли эти бузотёры. Маршал Харадо участвует в обсуждении?
— Да.
«Хорошо. Все пожелания можно будет передать через деда, не засвечивая своё участие»
Добравшись до своей каюты Шайя, устроила себе пир. Она заварила не успокаивающий чай, а самый вкусный, и с большим удовольствием дегустировала привезённые запасы. А после пиршества, осоловев от сытости, она забралась в массажное кресло, надеясь уснуть в нем, наслаждаясь работой валиков и обжимающих мышцы подушек. Но полениться не удалось, в голову полезли разные мысли, которые Шайя побоялась упустить, и она, кряхтя, выбралась из кресла, чтобы продолжить работу.
— Так, медики должны сами разработать подходящую программу обучения для нового персонала, − записывала она, а потом, всполошившись, добавляла: — провести анализ имеющейся техники на станциях, и исходя из этого, пусть медики составляют программу для работников.
Так потихоньку, шаг за шагом, получился план действий по выводу космических станций из кризисного положения, сложившегося из-за отсутствия квалифицированных врачей.
Он требовал подключения многих людей, но основные цели и задачи были ясны. И основываясь на этом плане, уже можно было что-то менять, дополнять или убавлять.
Далее Шайя по аналогии составила порядок действий по устранению последствий некомпетентных действий тестовых программ или неправильно оказанной помощи неподготовленными людьми.
Девушка предложила охватить весь период времени, начиная с того момента, как на какой-либо конкретной станции выбыл первый врач.
Она разумно доказывала, что количество врачей на станциях было рассчитано на мирное время, а учитывая напряженную обстановку, каждая рабочая единица приобретала огромнейшее значение, и её выбывание наносило непоправимый ущерб.
Исходя из предложений Шайи, каждый потерявший работу в этот период времени должен будет получить запоздалую медицинскую помощь или компенсацию, если люди лечились за свой счет, после чего бесплатно пройти тестовую программу, и в зависимости от результатов, возраста испытуемого, его стажа работы и прочего получить определенные льготы при дальнейшем трудоустройстве.
В соотношении к численности всей планеты пострадавших на станциях было мизерное количество, и правительству вполне по карману извиниться перед выброшенными из системы людьми. Это было бы политически грамотно, делала пометку девушка.
Шайя составляла порядок действий, называла тех специалистов, которые должны быть привлечены к пополнению данных в её проекте, выписывала те программы, которые можно использовать для учёта многих мелочей, указала крупные компании, зависящие от работы космических станций и какую помощь они вполне могут оказать, если попросить.
Всю ночь девушка дополняла оба проекта, подсчитывала и оценивала целесообразность предлагаемых ею действий и сразу же (для критиканов или созерцательных улиток в правительстве) высчитывала урон от бездействия.
Лёгкий план-набросок всё больше обрастал конкретикой, и под утро она с удивлением просматривала свою работу, понимая, что подготовила хорошую основу для разрешения конкретных проблем.
Приняв душ и сделав себе горячего шоколада, она послала вызов прокуратору. Увидев его на экране, поздоровалась.
— Вы что, ещё не ложились спать? — с сочувствием спросила она.
— Хотел лечь, но смотрю, уже пора вставать.
— Я могу предложить вам горячий шоколад, который на время даст вам энергии, но взамен прошу посмотреть то, что я подготовила для вас и станции.
— Интересное предложение, — хмыкнул мужчина, прищурив глаза, словно бы прицениваясь.
— Надеюсь, что именно так, — Шайя держала строгое выражение лица, чтобы прокуратор ни на миг не усомнился в деловой подоплёке её предложения. — Иначе я не стала бы лишать вас отдыха.
— Ну что ж, скидывайте ваше предложение — и жду вас в гости в моём кабинете.
Через три минуты Шайя уже ставила кружку с горячим напитком на стол прокуратора и наблюдала за его лицом, пока он просматривал её проекты.
— Хм, с этим можно работать, − потирая переносицу и отхлёбывая густой шоколад, подытожил он. — Но как быстро наши чиновники одобрят этот план действий? Я бы всё-таки предпочёл ваше участие в судьбе моих людей, а не дожидался, когда заработает новая программа.
— Я продолжу свою работу, но точно такие же проблемы, как у вас, есть на других станциях, и они ждать не могут. Мне бы не хотелось вас огорчать, но ситуация раскаляется, и если вы вместе с другими прокураторами не надавите, не сумеете отстоять свои права, то вы же потом окажетесь крайними.
— Как же мне не хочется признавать ваши слова правыми, но я сам пришёл к таким же выводам.
— Вам придётся рисковать, и ваша сила будет в единстве. У вас много сторонников на планете, и если они будут уверены, что вы, я имею в виду всех прокураторов, не боитесь брать на себя ответственность и готовы активно отстаивать космические станции, то вам помогут.
