Шайя замолчала и никто с ней не спорил. Она сняла с горячей плиты турку с поднявшейся кофейной шапкой, отставила её в сторону, и принялась раскладывать на столе найденные в холодильнике подходящие для кофе угощения.
— У них нет даже кофеварки, − удручённо произнёс Эди, с ужасом смотря на плиту.
— Это ты ещё в холодильник не заглядывал, − ответил ему Ян, стоя у открытой дверцы.
Эди подошёл к нему.
— Что это? — он брезгливо ткнул пальцем в большой кусок мяса, лежащий в прозрачном контейнере.
Шайя расставила кофейные чашечки и, изогнувшись, посмотрела, что смутило крепыша.
— А, это похоже на говядину… хотя, может, и другое животное. Закрывайте холодильник, а то нагреете его.
— Я не понимаю, как тот красный кусок может быть животным? — всё никак не успокаивался переговорщик.
— Как-как, − раздражённо буркнул Ян, − поймали, убили, сняли шкуру…
— Кхм, − кашлянул Харадо, и Ян остановился.
— Садитесь за стол пить кофе, − вздохнув, позвала ребят Шайя.
Тяжело им будет, если их пригласят на охоту, а их пригласят, иначе бы не поселили в лесу! Игра в традиции, черт бы их всех побрал! Времени нет, а возиться со старковцами придётся как с малыми капризными детьми.
Пока пили кофе, понемногу успокоились. Сказалось нервное ожидание прилёта на Старк, потом состоявшаяся встреча под сотней бдительных глаз, после страх того, что их в этом лесу могут забыть… промурыжат и будет уже поздно вести какие-либо переговоры.
— Смотрите, − Ян показал в окно, − там к чему-то готовятся.
Все поднялись и прилипли к окну, с недоумением следя за снующим в разные стороны народом.
— Мне кажется, будут вечерние посиделки, − неуверенно произнесла Шайя, замечая в стороне здоровенного мужика, занятого разрубкой туши животного на части.
Поблизости от здоровяка сновал какой-то паренёк, поднося к рядом стоящему столу специи и травы, расставляя корзины со свежими овощами. Ещё она заметила, как поправляют камни у огромного очага, приносят дополнительные скамейки и расширяют круг. Появились стайки девушек, шумно обсуждающие какие-то чрезвычайно интересные вещи и бросающие любопытные взгляды на дом гостей.
— Посиделки? — нахмурившись, переспросил Эди.
— Ну, это тот самый обычай, когда все сидят у огня и вместе едят одну и ту же пищу, − напомнила Шайя о том, что читала.
— А-а, значит, всё-таки покормят! И надо бы подготовиться, − озабоченно завертелся Ян, − после еды все будут хвастаться своими особыми навыками и нам придётся поддержать традицию.
— Я не помню этого, − удивилась Шайя, стараясь больше не показывать своего раздражения из-за уходящего сквозь пальцы времени.
— Мужчины демонстрируют своё умение владеть оружием, а женщины поют, танцуют или угощают, − пояснил Эди.
— Но я бы не советовал вам угощать кого-либо, — глядя на неё очень серьёзно, предупредил Ян. — Вы слишком необычная и яркая для них. Если даже Циана с Лассаей оказались для них диковинками, то вы… то вас они будут провоцировать. Угощение — это один из коварных моментов в их культуре. Подношение из ваших рук могут счесть за приглашение к ухаживаниям.
— Но я же замужем. Мы же подстраховались — или нет?
— Да… и нет.
— Как это понимать?
— Ну как вы не понимаете! Чуть придержат ваши руки, устроят взгляд глаза в глаза — и вот уже вроде как вы подали знак, − начал объяснять Ян, который нутром чуял обстановку возле них, и она очень отличалась от всего того, что им говорили в академии о Старке.
Он остро почувствовал, что здесь, возможно, всё намного сложнее, чем дома. Каждый себе на уме и все умело прикрываются традициями, используя их для решения проблем.
Шайя в ответ только вздохнула, замечая взволнованность Яна. В принципе она готова была к этому, но на корабле Эди с Яном выглядели более-менее уверенными, позитивно настроенными, и она думала, а вдруг они правы? А вдруг, всё будет просто и легко?
Они стояли у окна, когда увидели, что к ним направляется молодой человек.
— Да это же второй сын вождя, − воскликнула Шайя и подалась вперёд, упираясь в стекло, чтобы лучше видеть парня.
Она не отрывала от него взгляд, пока не увидела, что замеченный ранее символ власти приятно зеленеет. Как только стало понятно, что ошибки быть не может, опередив всех, Шайя бросилась открывать ему дверь.
Она не упустит единственный шанс, что увидела! Это вопрос жизни и смерти!
Харадо даже зарычал ей вослед! Только что ей говорили, что за ней начнётся охота, а она…
— Добрый вечер, − услышал он мягкий, воркующий голос девушки.
В глазах Кацу потемнело, и он сделал шаг вперёд, но подопечные преградили ему дорогу.
— Стойте здесь, − шипели они ему, − не ходите!
До всех троих доносилось, как старковец спрашивал, понравился ли гостям дом, придут ли они вечером посидеть у костра, а Шайя отвечала: прекрасно, с удовольствием, обязательно. Не позабыла она узнать и имя посланца.
А потом, они услышали, как девушка нежным голоском быстро-быстро заговорила:
— Ягуд, я вижу, как сложно было госпоже Циан уговорить вас всех принять нас. Спасибо. К сожалению, имперцы оказались хитрее нас всех. Они использовали нас, чтобы сделать беззащитной вашу планету. А без вас мы не выстоим.
