Счас мы тебя к ней доставим, нарисовалось-на их преданных лицах, и они резво кинулись в погоню, волоча под руки несчастного шефа. В этот самый момент его горького унижения незнакомка как раз вдруг обернулась! Ее глаза (боженька, какие же зеленые) сперва удивленно расширились. Потом она задумчиво наклонила к плечу головку, разглядывая странную компанию. А потом все поняла и засмеялась. Смех сначала заплескался в глазах, потом задрожали уголки губ, потом у губ появились восхитительные складочки, потом сверкнули белые зубки, и она звонко расхохоталась.
Сигонович понял, что сейчас умрет от стыда на месте. Но тут незнакомка, все еще смеясь, шагнула к нему и властно приказала:
- Отпустите его!
И его «барбосы», преданные только хозяину, внезапно ей подчинились.
- Кто эти люди? Что им от вас надо? -звучный голос ее проникал в самый центр его существа. Он никогда не сможет вымолвить хоть слово перед этой богиней. Жирненький, как студень, Сигонович залепетал извинения, но она, к его облегчению, сразу заговорила о Париже. И он получил возможность вскочить на любимого конька. Разговор завязался. И она (о, милосердная!) позволила подвезти себя домой.
Но и только. Две недели прошли в бесплодных посылках букетов, пока зеленоглазая красавица согласилась… Не поужинать, нет! Богиня позволила сопровождать ее в оперу. Владик, у которого совершенно не было слуха, мужественно вытерпел представление до конца, упиваясь тонким ароматом изысканных духов и любуясь прозрачным розовым ушком в рыжих завитках… Вот она, та единственная женщина, что достойна стать его супругой, уверился он. Затем последовали еще две недели почти не принимаемых ухаживаний. Господин Сигонович скоропалительно развелся…
О том, что Симочка никогда не была в Париже, а в аэропорту, доставленная туда на Томиной «десятке», поджидала именно его, этот человек и догадаться не смог бы. Как и о том, что ему было уготовано. Через две недели после его официального развода Сима его бросила. Потому что Симу увидел босс Владика Сигоновича - Игорь Леонидович Ледянников. Увидел, и попал, как рыба на искусный крючок опытного рыболова. Вице-президент фармацевтической компании мог уползать под крылышко к несправедливо брошенной супруге и зализывать раны. Влад Сигонович свое дело сделал и мог катиться ко всем чертям.
Как и рассчитывала Тома, адвокат Смолянский ничего не предпринял, обнаружив в сейфе вместо денег «последнее китайское предупреждение». Слишком много было у адвоката подходящих для такой экзекуции «добрых знакомых». Уголовка, она лишней суеты не прощает. Только рыпнись, вмиг кто-нибудь на понты встает. Черт их знает, этих клиентов с ходками на зону, за какие дела они могут обидеться. Назови кого-нибудь козлом по неосторожности, считай, вот и наступил в дерьмо собачье. Нет уж. Невелики бабки в сейфе лежали. В принципе, жаль, конечно. Но дергаться из-за такой мелочи не стоит.
- Деньги -это то, что идет каждой бабе, - любила повторять Симочка.
И надо признать, деньги, которые швырял под ноги «невесте» обезумевший супераптекарь, ей действительно шли на пользу. Ловко и незаметно Симочка входила в «сливки». Причем каждый отдельный представитель «сливок общества», встречая ее, тут же убеждался, что она в свете давно. Просто редко появлялась на людях. Все в путешествиях. Экзотическая скромница - пикантный кусочек.
- Завожу полезные знакомства, -отбивалась Сима от Томиных советов, которая тщетно убеждала ее не слишком лезть на глаза бомонду.
Кроме того, несмотря на слабые протесты атаманши, Алла и Ирина прочно поселились вместе. Впрочем, Томе самой было не до подруг. Сергей Камарин, вопреки всем ее требованиям, вновь и вновь возникал в ее с сыном жизни. И явно не собирался отступать.
«Сволочь! Препятствия всегда его только распаляли!» - думала Тамара. Но поделать ничего не могла. Ну не могла же она круглые сутки охранять сына…
О том, что Сергей постоянно является в школу, она узнала от случайно проболтавшейся учительницы сына. Оказывается, генерал Камарин мог запросто заявиться среди урока, и совершенно им очарованная очкастая старая дева буквально выталкивала мальчика в папины объятия.
- Мама просто сердится на меня, сынок, -говорил Камарин, - потому и сказала тебе, что я не папа, а посторонний гад. Это не так, я твой папа. Я действительно был на Дальнем Востоке. Вот этот орден я получил за тот самый склад боеприпасов, которому не дал взорваться. Потрогай!
Какой мальчишка не глядит с восхищением на ордена?
- Ты ведь смотришь кино, верно, сынок? Слышал, что можно сделать такие анализы, которые сразу точно покажут, что ты мой родной сын? Хочешь, мы с тобой это сделаем?
