Это выражение быстро смягчилось, потерялось в бескрайней тесноте их убежища, и Кир сам не обратил внимания на свой настрой, но тот успел поразить ее. Она успокоилась от его слов, засмеялась. Они больше не могли обсуждать смерть и поражение.
Временами становилось невозможным понять, прошла уже эта секунда или до сих пор тянется. В такие моменты Киру казалось, что Мясной ангел совсем рядом, но это больше не было страшным: он знал его тысячу лет. Старой знакомой становилась и Райла, а время, прошедшее с тех пор, как он прибыл на Шайкаци, были только видимым отрезком на терявшейся где-то линии их дружбы. Похоже, и она ощущала так же. Блуждая в не менявшемся мгновении застывшего терминала, они могли говорить, о чем угодно, и им были известны любые ответы. Все между ними ощущалось легко, но пресно, как что-то приевшееся.
Потом наваждение рассеивалось. Проходили часы, и они ждали Мясного ангела, думая о Саймо, Будере и Ли, кормлении крыс и Порте. Очередной разведчик прибыл с рукой на привязи и недавней глубокой раной через лоб. Он нес эти повреждения, как сущую мелочь, вроде капель дождя. Войдя и бросил сумку с припасами для «Первых людей», провел взглядом вокруг, презрительный ко всему, что увидел. Он был один, и даже на фоне прочих разведчиков был каким-то заматеревшим. Этот разведчик возвышался над любым, кого знал Кир, кроме Будера и Тарана Бо.
Райла, завидев его, скривилась так, словно сплюнула. Кир спустился из кабины и приветствовал его.
– Угу, – ответил тот.
Как оказалось, это был командир «Пиратов Вигхарта», прибывших среди других отрядов на подмогу «Куркам».
– Как вы там? Что Паук? – спросил Кир.
Вигхарт низко смерил собеседника и отвечал тем скучающим тоном, которым рассказывают о преувеличенных победах. Но побед не было: Паук расширял владения, несмотря на все усилия. Решено было атаковать его всеми имевшимися силами. Натиск людей был отбит: из заполненного огнем и густой кровью зала, где чудовище вросло в стены Шайкаци, они только чудом отступили без убитых, сбрасывая с себя многоногий выводок. Сейчас продолжалось сжигание оживавшего металла и тут, по крайней мере, намечается паритет.
Пока он рассказывал, к ним, не торопясь, как бы преодолевая отвращение, спустилась Райла. Вигхарт масляно заулыбался и продолжил повесть с развязными, насмешливыми нотками.
– Привет, Райла, – с обольстительным видом приветствовал он, закончив. – Я вижу, ты скучала.
– А я-то думала, на какой фразе ты напомнишь мне, что ты говнюк, – сказала Райла с облегчением. – Надо же, на первой. Я не удивлена.
Вигхарт повернулся к Киру и многозначительно сообщил:
– А раньше она была очень мила со мной.
– Наверное, это было до того, как ты стал козлом, – Райла явно входила во вкус.
Взгляд Вигхарта стал опасным.
– Тебе не стоит говорить мне такие вещи. – Усмешка, впрочем, все еще блуждала.
Киру казалось, что он проваливается в какую-то не нужную ему историю.
Райла поняла, что излишне резка к человеку, пришедшему их проведать и принесшему им припасы. Как-то она сумела затормозить рвущиеся из нее колкости и поскучнела.
– Верно, – согласились девушка. – Пожалуй, мне стоит говорить тебе только «прощай». – Она отвернулась, чтобы уйти, но сама же не воспользовалась своим советом: – Спасибо за еду! В следующий раз положи туда шоколадку.
Торжествующе улыбаясь, Вигхарт смотрел ей вслед.
– Она по-прежнему хочет меня, – сообщил он Киру.
– Я не уверен, что она сама понимает, чего хочет.
– Это же женщина: совершенно не важно, что она понимает, а что – нет, – снисходительно пояснил ему Вигхарт.
Они поговорили еще некоторое время. Когда гость не видел повода выделываться, он становился человеком, с которым было даже интересно пообщаться. У Кира осталось приподнятое настроение после этой встречи, и он отправился разделить его с Райлой. Обнаружив ее лежащей на ящиках в полутемном закутке, он понял, что, скорее, это она разделит с ним свою мрачность. Кир сел рядом и протянул ей шоколадку, которую Вигхарт не забыл уже в этот раз. Райла, не желая расставаться со своими обидами, с кислой миной приняла угощение. Шоколадка ее взбодрила. Это была какая-то шальная смесь удовольствия и возмущения.
– Кир, ты же хочешь со мной переспать? – громко присоединила она его к своим размышлениям.
– Сейчас? Временами? Или в перспективе? – философски воспринял этот вопрос Кир, грызя сушеное мясо.
– Вообще, – нахмурилась она.
– А должен? – нахально уточнил Кир. От возмущения Райла чуть не кинула в него ломтиком шоколада, но сдержалась.
– Ну и передергивай в своей лачуге, – буркнула она.
– Зачем, если есть Апартаменты Камилло? – резонно спросил Кир.
– А, я ж видела, как ты туда с Ли ходил. Хорошо он тебя натянул, да? – осклабилась девушка.
– Боже, Райла! – округлил глаза Кир. – Это же чисто мужская подколка! В твоей компании трется слишком много яиц.
– То есть все-таки девушка? – загорелись ее глаза. – Ну-ка, ну-ка, кто это был?
