— Служить будете в Семёновском полку —
— В Семеновском, так в Семеновском, мне как-то без разницы — и я повернул к выходу
— Постойте, подпоручик, вышло небольшое недоразумение — остановил меня штабной
— Вам придётся возвращаться, Гришаев, — крикнул он в коридор. Появился ефрейтор, чистый и ладный
— Я, ваше благородие —
— Вот, Гришаев, поможешь господину подпоручику с отправкой в станицу Семеновку, в Семёновский полк. —
— Слушаюсь, пойдёмте ваше благородие, вы где остановились? — я сообщил ему о постоялом дворе.
— Вы тама будьте, вашбродь, а я, что узнаю, так сразу к вам — и пропал, как дух растворился. Я не стал бродить по городу и на извозчике добрался до постоялого двора. Заказал обед, цыплёнок оказался выше всех похвал, тело ело, а душа пела, и как следствие меня разморило и потянуло ко сну. В дверь постучали.
— Входи, — вошёл Гришаев
— Завтра Ваше благородие, поутру, заедут за вами, в Семеновку возвращаются станичники, доставят вас до места, только они плату просят, руб. —
— Долго ехать, Гришаев? —
— Да, не особо, утром тронетесь, на третий день к вечеру прибудете, верхами так за 2 дня можно.—
— Спасибо, Гришаев, держи, —кинул ему четверной,
— Только с головой — строго приказал ему
— Да нешто мы без понятия, ваше благородие— он ловко поймал монету и пропал из виду.
Утром я уже заканчивал завтракать, как в зал вошёл казак, в папахе, поношенной черкеске, с кинжалом на поясе и, отыскав меня взглядом, спросил
— Вас что ль до Семеновки довезти? — я кивнул.
— Грузитесь ваш бродь, и так припозднились- Работники быстро грузили вещи в телегу, а я подошёл к хозяину чтобы расплатиться. Он категорически отказался от платы и заверил, что всегда рад видеть меня, на чём и расстались. Правда, позже я обнаружил корзину с продуктами, лаваш, жареную курицу, ещё что-то и кувшин вина. Казак удивился большому количеству багажа и покачал головой, а чего с городского взять, как баба с ярмарки. Ну да, багажа хватало, два тюка, приличных размеров, правда, не тяжёлые, два ружья в кожаных чехлах, кожаный кофр немалых размеров, кожаный чемодан и ранец полный, забитый всем, чем положено. У выезда из предместий нас ожидали две телеги, которыми правили женщины, одна старше, другая молодуха, видно невестка и двое верховых, сыновья.
— Трогай, Лизавета —
Двигались мы в хорошем темпе, видимо, нагоняли упущенное время, сделали короткую остановку на обед, чтобы лошади передохнули и к вечеру, переехав мелкую речку, остановились на ночлег.
Судя по кострищу и обихоженному месту, остановки тут делали часто. Быстро разложили костёр, подвесили котёл, женщины принялись за готовку, а мужчины распрягли лошадей и повели поить и обихаживать. Когда ужин поспел глава семейства пригласил меня
— Не побрезгуйте, ваш бродь, повечеряйте с нами —
— Спасибо за приглашение — я присел к костру и положил корзину с припасами
— Вот, тут припасы, располагайте, без стеснения.—
жена казака выложила всё на достархан и достала кувшин с вином. Хозяин оживился.
— От это дело — стал разливать его по кружкам, я подставил свою из набора и протянул молодухе котелок для каши. Казак посмотрел на меня с кружкой в руках
— Как величать-то вас, ваш бродь,? —
— Простите, не представился, Пётр Алексеевич Иванов — озвучил я
— Евсей Бродин, по батюшке Никонорыч, приказный второй сотни, а это супружница моя Лизавета, невестка наша Настя, старшего сына, Дмитрия, жена, а это младший Борис, ну а это, стало быть, Дмитро.—закончил он представление своей семьи.
— Ну значится, за ваше здоровье, ваш бродь — и с удовольствием опрокинул кружку.
— Хорошее винцо, слабовато только, ну чего зенки вылупила, каши-то наложи — окликнул он невестку — чего, благородий не видала чоль —
Невестка звонко рассмеялась и ответила
— Отчего же, батя, всяких видала, а вот таких молоденьких и пригожих впервой –и задорно стрельнула глазками, — как по мне, то молод ещо совсем —
— В этом деле, возраст не главное, Настя — ответил я, ни сколько не смутившись. Все дружно рассмеялись. После ужина мы с Евсеем сидели у костра и пили чай.
— А что это за полк, Семёновский? —
— Так, это, Семёновский казачий полк, четырех сотенного состава —
— Так это казачий полк? — тут до меня дошло, в какую кучу я попал,
— Казачий, кавалерийский полк, вот жопа, новый год. Я же не умею ездить на лошади или скакать, какая к чёрту разница, не умею и всё, что теперь делать —
Видимо, вся гамма чувств отразилась на моём лице, и Евсей, истолковав всё на свой лад, произнёс
— Да ты не расстраивайся так, вашбродь, а чем плоха служба в казаках, вона, командир наш, Александр Николаевич из драгун, в полковниках ходит и ничего, довольны. Так что обвыкнешься, настоящим казаком станешь, а там глядишь и в атаманы выбьёшься.—
Короче, загрузился я по полной и до самой Семеновки задумчивый просидел в телеге. Научиться ездить верхом можно, но сколько это займёт времени, не просто ездить, но и рубиться, стрелять, всё надо делать хорошо иначе меня просто, убьют в первой сшибке. Все мои планы полетели к чертям, и сам я оказался по горло в анусе, не дёрнуться ни рукой, ни ногой.
