Переночевал я в приказной избе, ужинали в трактире постоялого двора, который стоял у тракта. Весь следующий день утрясали штаты и другие важные вопросы формирования. Решили, что завтра я выезжаю в Романовку, доставит туда известный мне Евсей, а через недельку Василий приедет разбирать все сложности и подкрепит меня своим авторитетом, на том и сговорились. Рано утром мы тронулись, до Романовки было около 10 верст, верхом часа 2–3, возницей часа 4–6. Романовку возродили 15 лет назад. Много раньше звалась она Некрасовка и жили в ней Некрасовцы ушедшие из России от царского преследования, расселились в Закавказье и на реке Сунже, некоторые вообще ушли на территорию Турции и служили у османов. Некрасовку бросили, почему, никто уже и не помнил, это уже не важно. Сейчас станицу назвали Романовка и заселили казаками из кубанского, кизлярского, гребенского полков, были переселенцы с войска донского, с Малороссии, крестьяне с южных губерний и другого всякого народу. Всего 95 дворов, население 497 душ,, казаков призывного возраста годных к службе 129 сабель, остальные старики, дети, женщины, в этом году, 12 казачат достигнут призывного возраста, так, что 4 сотня была укомплектована. Правда конского состава не хватало 18 голов, и имеющийся был не очень хорошего качества, но ничего, служили исправно. Пока ехали старался все разложить по полочка, наметить первоочередные дела. Я, после первых кажущихся не очень благоприятных событиях, пришел к выводу, что так даже лучше, чем я планировал. Казачьи формирования комплектовались совсем по другому принципу. Казак должен встать в строй по достижении призывного возраста с конем, обмундирован и снаряжен за свой счет, иметь холодное оружие, можно и огнестрел свой. Служили казаки 15 лет во внешней службе и 5 лет во внутренней. Каждый полк имел свою форму и полковые цвета, с цифровым указанием сотни, жили своим укладом, войсковым кругом.
Освобождались от налогов, получали землю, приличные наделы на каждого мужчину в семье. Обо всем долго рассказывать, к тому же я не очень знаком с жизнью казаков, пока не знаком.
У казаков нет четких регламентированных правил, уставов и других атрибутов армейской жизни, поэтому маневрировать во многом можно было свободней и проще. Я имею в виду, что вопросы вооружения, снаряжения, обмундирования решались на свое усмотрение и на свои средства, так что в конечном итоге все сложилось просто замечательно.
Ехали я с Евсеем и двумя верховыми казака, все вооружены и ведут себя настороженно, особенно если проезжали участки дороги с кустарником
— а что часто горцы нападают? — спросил я поправляя кобуру с пистолетом, который лежал рядом со мной.
— частенько озоруют, вона через речку и чуть далее непримиримые живут, дальше в горы вся их земля. Налетят, пограбят и к себе. Купцов и торговцев любят пограбить, скот, людей в полон свести, ради выкупа или на туретчину продадут и своих частенько грабят, тех кто мирные на равнине живут или в предгорьях. Режутся по страшному, скот воруют, опять же девок или молодок в полон уводят, так шо настороже будьте, оно не помешает. До Романовки добрались без приключений. Въехали в открытые ворота, ну как ворота, две створы из 3 лесин. На коне не пере скачешь, еще крепкий плетень видимо по всему периметру станицы, кое-где невысокие валы. С лева, чуть в глубине, стояла вышка со смотровой огороженной площадкой на которой стоял караульный. Мы покатили по улице, вдоль плетней невысоких заборов, ворот и калиток и когда поворачивали, я заметил небольшое скопление людей, человек 15, женщин, детей и 3 казаков. Дальше, у добротных ворот, стояли два парня, в рубахах светло синего цвета, а перед ними подросток лет 12 и женщина. Старая потрепанная одежда контрастировала с новыми рубахами парней. Теперь я знал, нижняя синяя рубаха под черной черкеской, синий погон, форма казаков Семеновского полка. Один из парней шагнул и толкнул женщину, она чуть не упала и тогда подросток с криком кинулся на обидчика, тут же получил в ухо и упал, женщина вскрикнула, пытаясь прикрыть собой подростка. Увидев лицо мальчишки я вспомнил себя в парке после того как меня избили и отобрали гитару. Меня просто переклинило, я быстро прошел вперед расталкивая людей.
— ваш бродь — запоздало вскрикнул Евсей, попытавшийся догнать меня. Я вылез на передний план и когда парень склонился над женщиной, не знаю, что он собирался делать, спокойно и очень холодно сказал
— стоять дебил —
Парень выпрямился и уставился на меня, он не знал значения слова дебил, но чувствовал что оно не хорошее.
— дебил это по латыни, а по простому недоумок или просто дурачок. Детей и баб каждый дурачок обидеть может, а ты меня попробуй, что погоны смущают, так я сниму — я снял мундир и кинул Евсею. Народ заметно оживился, подтянулся ближе, только трое казаков остались на месте, к ним присоединились двое казаков сопровождавшие меня. Они не пытались вмешиваться, просто с интересом смотрели.
— что зассал — продолжал я провоцировать
