Три дня я проводил занятия с командирами десятков и и убедившись, что все хорошо усвоили правила применения, разрешил Савве бросить боевую гранату, перед этим тренировались бросать камни на точность броска. Результат был отличный Савва смог метнуть точно в центр свалив все мишени. Все участники убедились в боевых возможностях гранаты. Приказал обучить всех бойцов полусотни, пообещав провести боевое метание при достаточном количестве оных. Неожиданно на базу вернулся хмурый Рома, на коне спереди сидела Амина, обняв его за шею. Я дал увольнение десять дней на решение семейных вопросов. Видно решить не удалось. У коновязи штаба он спрыгнул и снял Амину.
— Здравия желаю, командир, —
Вошел Аслан, обеспокоенно глядя на сестру, и остался стоять у порога.
— Здорово коль не шутишь, случилось чего или навестить приехал? — спросил я.
— Дозволь командир на базе пожить, пока решу все — недовольно ответил он.
— Как ты представляешь себе это и где —
В комнату протиснулся Анисим и Егор Лукич.
— Чего тут у вас — озабоченно спросил вахмистр. В комнату пытался пролезть Саня.
— А ну брысь от сель, дверь закрой — шикнул на него Анисим.
— Да вот, Рома просится на жительство, временно, —
— Случилось чего, Рома?, —
— Так пустите, али нет? —тихо спросил Рома.
Я посмотрел на Егора Лукича. Он озадаченно почесав затылок изрек.
— В казарме ни как, разе в Аслановой коморке, а он здеся на лавке.—
— Ладно пускай, но временно, Аслан проводи Амину, помоги обустроиться —
Он кивнул и увел Амину.
— Чего случилось то? — спросил Анисим.
— Мать ругаться стала, говорит опозорил семью — зло ответил Рома.
Анисим хотел продолжить допрос, но к комнату, постучав вошел отец Романа.
— Здравия, Петр Алексеевич, и вам честная компания —
— Степан и ты что ль к нам на жительство устраиваться пришел? — усмехнулся Егор Лукич.
— Вы мне толком объясните, что у вас произошло — не выдержал я — набились тут дышать не чем —
Болотов старший, сердито посмотрел на Рому.
— Вишь, командир, как оно вышло, год назад просватали мы Рому за дочь Сидора Урманова, супружница моя, Галина подсуетилась, подружки они с женой Сидора. Ну и просватали, а чего, семья хорошая, да и София девка ладная. Мы спросили у Ромы как ему невеста, а он мычит, плечами пожимает, не отказывается, решили на этой осени свадьбу сыграть. Уже и готовиться начали, а тут Рома с похода вернулся до дому и с порога, жену привез, радуйтесь и принимайте невестку. По первости Галина растерялась от радости такой, а через день и говорит не согласная она и не будет её благословления на женитьбу с этой голодранкой, пусть везет обратно откуда взял. Рома не сдержался и наговорил матери всякого, что от жены не откажется ни в жисть, ну и съехал. —
— А ты чего, Степан, не хозяин в доме что ли, чего молчал — с укоризной сказал Егор Лукич.
— Да не молчал, ногами топал, нагайкой грозил, так меня чуть вениками не забили, пришлось тикать вслед за Ромой —
Тут все в комнате грохнули смехом и долго не могли успокоиться. Потом Степан стукнул ладонью по столу
— Ай молодца, сын, кто ж в своем уме от такой красоты откажется. Жена твоя на зависть всем девкам станичным, вот и бесятся с того. Эх ма, где наша не пропадала, мы ж Болотовы. —
Рома, почувствовав поддержку отца, улыбнулся.
Анисим уже окончательно стал правой рукой Егора Лукича и заведовал складами, вещевым довольствием. В 200 метрах от базы бил небольшой родник его облагородили камнем, соорудили небольшую запруду, рядом с ним отстроили два дома. В одном готовили дробленку, сушили овощи и другие производственные помещения, в другом подобие прачечной. Егор Лукич и Анисим уговорили пять семьи крестьян переселенцев поселиться рядом с базой. Они построились, обзавелись хозяйством, получили земельные наделы и подрабатывали у нас на производстве. Руководила там Марфа. Вот Анисим и предложил разрешить Роме отстроить свое подворье там. Всё рядом, в случае опасности всегда на базе можно укрыться. На том и порешили. Полусотня своих не бросает.
Обязанности денщика и моего слуги стал выполнять Аслан. Анисим объяснял, поучал и показывал, что надо делать, следить в первую очередь за питанием и имуществом командира. Аслан не был княжеского или дворянского сословия, относился к свободным людям, поэтому принял все спокойно и считал себя моим слугой, денщик ему не нравилось. Он стал моей тень и старался всегда быть рядом и нужным мне, порой это сильно напрягало. Его страсть к фехтованию была фанатичной, любую свободную минуту тренировался и еще ему полюбился наш пистолет. К моему удивлению был очень аккуратным и спокойным, без горских понтов, мастером на все руки. Быстро нашел коричневую черкеску, серый бешмет, черные штаны и папаху, кинжал на поясе. Анисим сошелся с Асланом, на почве чего не знаю, подозреваю это Анисим помог с одеждой ему. Аслан осознав, что я главный начальник на базе и служить, такому уважаемому человеку, нет ни какого урона чести.
