– Леонид Сергеевич, те обвинения, которые прозвучали в ваш адрес в этом кабинете, дают нам основания полагать, что вам потребуется серьезная защита. Будьте уверены, что таковая вам будет незамедлительно представлена. Мы наймем лучшего адвоката, который самым тщательным образом изучит все обстоятельства вашего дела и поможет вам преодолеть возникшие трудности. Кроме этого, мы немедленно поставим в известность наше московское руководство, с тем чтобы оно включилось в эту проблему и тоже помогло вам выбраться из этой коллизии. Мы сделаем это как можно скорее…
– Спасибо, Петр Матвеевич, я всегда верил в то, что российские граждане, где бы они ни были, защищены надежными гарантиями со стороны своего государства, – прервал речь дипломата Корецкий.
Ему важно было успеть за эти оставшиеся несколько минут сообщить сотруднику резидентуры те сведения, ради которых он, собственно, и был отправлен в Италию. Причем сделать это надлежало таким образом, чтобы находящиеся здесь посторонние люди ни о чем не догадались.
Между тем консул не унимался:
– Мы уверены в том, Леонид Сергеевич, что вы по-прежнему будете достойно представлять нашу страну и не поддадитесь на разного рода провокации, которые возможны в возникших обстоятельствах. То, что мы услышали из уст здешнего прокурора, – это весьма серьезные обвинения. Скажите нам, имеют ли они под собой какие-либо основания?
– Не имеют, – твердо ответил Корецкий. – В данный момент я не располагаю достаточным временем, чтобы обрисовать вам в подробностях всю ситуацию, но как только такая возможность мне представится, я тут же это сделаю. А пока я хотел бы поблагодарить итальянских товарищей за то, что на их земле я встретил множество прекрасных людей, о которых у меня сложились самые прекрасные впечатления. Итальянцы – очень гостеприимные и отзывчивые люди, готовые поделиться даже последним с каждым, кто в этом нуждается. Однако справедливости ради стоит отметить, что среди них есть и такие, по адресу которых у меня готовы сорваться с языка не самые лестные отзывы. Ведь Медзоджорно, юг Италии, славится не только пиццей и макаронами, но и своей организованной преступностью – мафией. А ее представители очень жестоко расправляются с людьми, которые перебежали им дорогу. Сами итальянцы рассказали мне несколько совершенно жутких историй, когда мафия устраняла людей и потом так ловко прятала концы в воду, что следов было не найти. Впрочем, концы прячутся не только в воду. Например, человека могут убить, а труп залить бетоном. После чего на месте его гибели возводится дом или, к примеру, ресторан с каким-нибудь красивым названием.
– Вы наводите напраслину на наш народ, – подал свой голос прокурор. – У вас что, есть доказательства подобных зверств?
– Этими доказательствами переполнены многие ваши средства массовой информации, об этом снимают кино и пишутся книги. Например, одного вашего писателя, написавшего правдивую книгу о каморре, мафия приговорила к смерти. И он теперь вынужден постоянно ходить под усиленной охраной. Так что выражение «закатать в бетон» пошло именно отсюда – от итальянской мафии.
– Жуткие случаи, о которых вы упомянули, совершенно не характерны для наших дней, – продолжал негодовать прокурор. – Это предания глубокой старины, времен, которые давно миновали.
– Как бы мне хотелось верить в то, о чем вы говорите, синьор прокурор. В противном случае может пропасть всякая охота посещать ваши увеселительные заведения. Как, например, можно спокойно пить вино и есть «Пепперони» в каком-нибудь ресторане «Джулия» в римском районе Монтеверде, подозревая, что это заведение, может быть, воздвигнуто на чьих-то костях. У людей может пропасть всяческий аппетит.
– Леонид Сергеевич, мне кажется, вы отвлеклись от главной темы нашей встречи, – вновь подал свой голос консул. – У вас будут какие-либо просьбы в связи с возникшей коллизией, в которую вы оказались вовлечены?
– Конечно, будут. Мне хотелось бы попросить российское посольство позаботиться о передаче моего дела в римскую юрисдикцию. Вы видите, как предвзято настроен здешний прокурор в отношении меня, хотя ему неизвестны полные обстоятельства моего дела. Поэтому можно себе представить, как будут настроены прокуроры из Казал-ди-Принципа, которые обвиняют меня в совершении тяжких преступлений. Мне кажется, римское правосудие будет наиболее объективным в данных обстоятельствах.
– Хорошо, мы обязательно рассмотрим этот вопрос, как только вернемся в Рим, – пообещал консул.
– Есть ли у вас, Леонид Сергеевич, какие-нибудь претензии к своему содержанию здесь? – вступил в разговор до этого все время молчавший представитель посольской резидентуры.
Встретившись с ним взглядом, Корецкий догадался, что тот понял тайную подоплеку его экскурса в мафиозную тему и теперь пытался вызвать на новые откровения. И они не заставили себя ждать:
