Он взял меня за руку и настойчиво потащил к клубу; полупьяная девчонка пошла за нами, а Лешка уехал забирать остальных.
Говорить о возникшем беспокойстве толку не было – страха и сомнений накопилось столько, что я практически жалела о решении приехать. Я хотела помочь ребятам, узнать, в чем дело, выпутать из того, во что они так усердно впутывались последние годы, но ведь кроме этого желания у меня не было ничего, даже плана действий. Лишь слова – главное оружие.
Пройдя за дверь, я словно попала в другую реальность. Темнота, поразительная темнота, увитая клубами густого дыма, точно небо облаками. По углам на потолке подвешены прожектора – яркие, ядовитые лазерные лучи пронзали воздух, быстро пересекались и, как солнечные зайчики, оставались неуловимыми. Динамики около диджейского пульта орали, как могли. За ним стоял высокий, пожалуй, слишком худой парень в наушниках, мотающий дредами во все стороны. За столиками, расставленными по краям, не было людей, но там стояли стаканы, стопки, бокалы, бутылки; валялись чипсы и другие закуски. Толпа людей в вызывающей одежде танцевала, вдыхая дым. Скрытые от их глаз, за ширмой находились VIP-столики с раскидистыми мягкими диванчиками, откуда даже издалека можно было услышать приглушенные стоны. Взгляд невольно приковала светящаяся барная стойка – едко-зеленая, с нарисованными инопланетянами, чьи тела мерцали ярчайшим неоном. И она, и высокие стулья в виде инопланетных кораблей привлекали внимание гостей. А может, даже не столько стойка, сколько светящаяся надпись над ней – «Халявная выпивка!!!». Видимо, алкоголя сюда завезли тонны. Только кто за все это платил? Бесплатный сыр – лишь в мышеловке.
– Развлекайся. – Хохотнув, Саша подтолкнул меня к танцевальной площадке, а сам пошел за ширму, прекращая творившийся там разврат.
Я, ощущая себя не в своей тарелке и чувствуя, что от шума уже заложило уши, села за полупустой столик у вентиляции. Здесь почему-то дышалось легче.
Из поля зрения исчезли все знакомые лица. Неизвестно, сколько прошло времени, но, видимо, прилично. Музыка неожиданно затихла. Народ засвистел и закричал. Стеклянные двери распахнулись с такой силой, так ударились о стену; само стекло треснуло, а затем разлетелось мириадами осколков по полу. Туда тут же направили цветные лучи, отражение которых теперь плясало на стенах. Эффектное появление. Народ закричал еще пуще.
В клуб хлынул поток моих одноклассников, счастливых и довольных. Я узнавала некоторых ребят и из других классов, узнавала футболистов и, конечно, капитана. Разодетый Максим гордо прошел в центр помещения. За ним, что-то снимая на камеру, спешили Ромка и Егор.
– Все хотели сюда попасть?!
– Да! – хором отозвалась толпа.
– Вы попали сюда! Раз-вле-кай-тесь! Танцуйте! Кричите! Пейте! Любите! Живите, ребята!
С каждым выкриком музыка становилась громче, снова и снова набирая обороты. Максим довольно сложил руки на груди и, зайдя за ширму, скрылся. Остальные ребята пошли к барной стойке за напитками.
Я продолжала сидеть за столиком, смотря на это все. Голова сильно болела от шума. Назревал нехитрый план: выхватить Максима из толпы и утащить туда, где никого нет, а там – просто взять и поговорить, ничего не боясь. Потребовать правду. Он же хотел общения, значит, просто обязан меня выслушать.
Двадцать, тридцать, сорок минут… Хотелось подняться и уйти. Я взвыла, хватаясь за голову и шипя. Никто еще не вышел из-за ширмы, а идти туда самой… А почему нет? В конце концов, чего тут страшного?
Я поднялась и, накинув рюкзак на плечи, начала пробиваться сквозь толпу.
– Вот и самая маленькая!
Столкнувшись с кем-то, я подняла голову и увидела Рому. Он цепко схватил меня за локоть и поволок за собой, к той самой ширме, после чего толкнул на диванчик и уселся рядом. На столе стояло невообразимое количество разнообразных, недешевых алкогольных напитков. Рядом сидели
– Тебя-то мы и ждали. – Голос Максима был громким и уверенным. На лице сияла торжествующая улыбка.
– Почему меня?
Он поднялся и, перебравшись через подозрительно расслабленную девушку, сел рядом.
– Ты – завершающий штрих, храбрец.
Егор не выдержал и рассмеялся, глядя на нас и протягивая бутылку коньяка.
– Держи, развеселись. Тебе понравится.
– Нет, спасибо, – отказалась я и поставила бутылку на пол, под ноги.
– Да ладно тебе, зачем ты тогда пришла, раз не хочешь повеселиться? – с усмешкой сказал Максим и провел пальцами по моим скулам, заставляя невольно отстраниться. – Ты решила повзрослеть, правда? Считай, это твое посвящение… – Он склонился ко мне, говоря так, чтобы никто другой не услышал. – Маленькая пешка.
– Иди к черту! – Я оттолкнула его, хмурясь. – Я пришла сюда не за этим.
– А зачем? – Он, закинув в рот какую-то таблетку, выпил того самого коньяка, а затем скрестил на груди руки. – Удиви меня.
– Чтобы кое-что узнать…
– Что же?
– Давай поговорим не здесь?
Напряженный взгляд Егора скользнул по мне, а затем перекинулся на Рому. Тот стоял совсем рядом с выходом.