Так долго длился бой и среди станаТак долго ждали с поля Тахамтана,Что Завара решил войска привесть.В груди его — тревога, в думах — месть.Спросил иранцев: «Где Рустам? Скажите!Что вы без дела в день такой сидите?Как гордо шли на нас вы издали…Куда пришли вы? К тигру в пасть пришли!Еще вы руки нам связать хотели?Попробуйте! Что медлить, в самом деле?»Так Завара их тяжко оскорблял,Так много злой хулы он им сказал,Что не стерпел поносной речи яройОдин из сыновей Исфандиара.Горел в нем бурно юношеский жар,То был прекрасный отрок Нушазар,—Но в ярости похож на льва он стал,И гневные бросать слова он стал.Сказал: «Не знаешь ты, сагзи презренный,Что каждый, чтящий бога во вселенной,Своей души гордыню сокрушит,А волю падишаха совершит!Не повелела воля та святаяВступать нам в бой с собачьей вашей стаей!Достойно пса, а не богатыряОслушаться веления царя!Но если вы на этот грех пойдетеИ первые сражение начнете —Узнаете, что значат когти льваИ что такое меч и булава!»И Завара воскликнул разъяренный:«Кровавой увенчайте их короной!Смерть им взамен короны золотой!» —И первый выехал пред ратный строй.И поле брани огласилось кликом,И вихрем пыль взвилась на поле диком.Примчался Нушазар на ворономКоне, с индийским огненным мечом.И выпустила сторона другаяНа поединок витязя Алвая.Тут обнажил прекрасный НушазарСвой меч индийский и нанес удар.И голова Алвая отлетела,И под копыта покатилось тело.Но разъяренный Завара тогдаПриблизился, как гибели звезда.«Постой! — вскричал он. — Был Алвай не воин,Он был с тобой сражаться не достоин!»Он шаха поразил копьем в чело,И опустело шахское седло.Пал ратоборец молодой Ирана;Заколебался бранный строй Ирана.И вышел мстить за брата Михринуш,Исфандиара сын, отважный муж.Скакал он с пеной гпева на устах,С кровавыми слезами на щеках.Но Фарамарз — Рустама сын, — навстречуПодняв индийский меч, ворвался в сечу.Как слон, по виду был огромен он,Неудержим в бою, как пьяный слон.Вот сшиблись, львиной яростью горя,Рустама сын и юный сын царя.С клинков скрещенных искры полетели,И кликом воинств дали загремели.Но хоть в бою был шахский сын жесток,Сравняться с Фарамарзом он не мог.Когда взвился он яростнее барса,Десницу занеся на Фарамарза,Неловко меч с размаху опустил —Коня он под собою зарубил.И пешим стал он; и, лишен защиты,Сраженный пал под конские копыта,На камень, кровью алою политый…И вот Бахман, увидев, что убитыДва брата, поскакал во весь опорТуда, где бился царь на склонах гор.И закричал: «Эй, прозорливый мойОтец! Властитель справедливый мой!На нас Рустама воинство напало,И сыновей твоих двоих не стало!В страданиях померк их жизни свет.Нет Нушазара, Михринуша нет!Убили их! Лежат они в пыли,Пока ты бьешься здесь от нас вдали!Вот причинен, увы, неизгладимыйНам всем урон, о наш отец любимый!»Гнев горький сердце шахское обжег,На щеки брызнул слез горючих ток.Сказал Рустаму: «Эй, отродье дива!Зачем свернул ты со стези правдивой?Что войско ты привел — не ведал я.Потеряна отныне честь твоя!Гляжу, ты ни позора не страшишься,Ни дня суда, ни бога не боишься!Забыл, что нарушающим обетВ душе народа уваженья нет!Сагзи двух сыновей моих убили!Предательски детей моих убили!»Затрепетал, как на ветру листва,Рустам, услышав страшные слова.Поклялся он мечом, и головою,И солнцем, и своею сединою:«Клянусь, я ничего не знаю сам!А в бой вступать я запретил войскам.Тебе я брата связанного выдам:Убей в уплату всем своим обидам!И Фарамарза — сына своего —Свяжу и приведу к тебе его.Пролей железом кровь моих родных!Убей за дорогих детей твоих!»Шах молвил: «Кровь змеи за кровь павлинаПролить, раба убить за властелина —То было б мерзко совести моей,Священному достоинству царей!Нет! Ты, порочный, о себе подумай!Ты, лживый, о своей судьбе подумай!Твои я ноги стрелами с конемСоединю, как воду с молоком,—Чтоб ни единый раб не смел потомНа властелина выходить с мечом.Живой останешься — для горшей мукиСвяжу тебя, скую цепями руки.А поражу стрелой тебя — ну что жЗа милых сыновей моих умрешь!»Рустам ответил: «От таких речейЛишь чести умаление твоей».
