У шаха башня в крепости была;Гульнар, рабыня, в башне той жила.Под стать ей, луноликой, тонкостанной,Был лишь расцвет весны благоуханной.Шах всех дастуров старых отстранил,Ей все ключи сокровищниц вручил.Была раба Гульнар, — я лгать не стану,—Дороже жизни шаху Ардавану.На кровлю вышла раз Гульнар-луна,Взгляд Ардаширу бросила она.Ей улыбнулся Ардашир ответно.И в сердце ей вошел он неприметно.И дух ее безрадостный вскипел.Когда закат туманный потемнел,Зубец стены арканом обмоталаГульнар. И тихо вниз спускаться стала.Творцу миров молитву вознесла,К конюшне царской дерзостно пошла.Благоухая амброю и муском,Прокралась между стойл в проходе узком,К избраннику приникла своемуИ голову приподняла ему.Проснулся он; взглянул и видит: чудо!Красавица!… Но кто она? Откуда?Спросил: «Скажи, луна, откуда тыВзошла над бездной бедствий и тщеты?»Гульпар в ответ: «Я — шахская рабыня.Люблю тебя! Я вся твоя отныне!Когда захочешь, я к тебе придуИ скорбь твою от сердца отведу!»Жизнь такова: пройдет столетье, миг ли —Где муж, кого б несчастья не постигли?Бабак — при жизни промыслом храним —Скончался, место уступил другим.Шах Ардаван, узнав про смерть Бабака,Поник душой, предвидя бездну мрака.Он с горя слег, когда, как с барсом барс,Сцепились сыновья его за Парс.И старшему, по древнему закону,Царь отдал Парс, и войско, и корону.Воспрянул тот, в литавры бить велел,Войскам несметным в сборе быть велел.Но омрачилось сердце АрдашираТем, что несправедлив владыка мира.И в гневе он в душе своей решил:«Довольно Ардавану я служил!Ведь я не ведал, что его обидел!За что же он меня возненавидел?»И Ардашир себе сказал: «Бежать!»А царь велел астрологов созвать.О таинствах планет, о звездных силах,О будущем державы вопросил их:«Что предвещает вечный небосвод?Кто сей престол после меня займет?»Две ночи маги не сходили с башни,Где был луны-Гульнар приют всегдашний,—И третья ночь настала. Лишь тогдаВзошла на небо шахская звезда.Гульнар, все споры звездочетов слыша,Три ночи не спала, таясь под крышей.Всем волхвованиям обучена,Речей их тайну поняла она —И все запомнила, что говорилось.Бушующее пламя в ней таилось.С высокой башни мудрецы сошлиИ волю неба шаху изрекли.Таблицы показали, где ответы,Записаны, что дали им планеты;Немой глагол таинственных высот,Что приоткрыл им вечный небосвод:«Едва успеет солнце закатиться,Как сердце шаха тяжко огорчится:Сбежит твой некий раб. Но он скорейНе раб, а отпрыск подлинных царей.И станет раб могучим властелином,Что принесет добро простолюдинам».И, вняв глаголу неба в их словах,Душою огорчился старый шах.
