Я с облегчением вздохнул. Состояние шока от обыска не наступило. Минимум вещей, минимум удобств – завершенный образ ученого, привыкшего довольствоваться малым в быту, но охватывать необъятное в науке. Некоторое время я перебирал кассеты, раздумывая, просмотреть их или же не тратить попусту время. Скорее всего, это были наглядные учебные пособия, которые профессор намеревался демонстрировать во время чтения лекции. Возможно, я бы положил их на прежнее место и закрыл бы чемодан, если бы вдруг не вспомнил, как профессор говорил с Сандро по телефону и при этом упоминал о четырех единицах какого-то скоропортящегося товара.
Четыре единицы товара и четыре кассеты… Совпадение? Я вытряхнул первую попавшуюся кассету из коробки. Никаких наклеек, надписей, только номер, написанный маркером. Если это товар, на котором профессор делает свой бизнес, то какая коммерческая информация может быть на кассете?
Я вогнал кассету в приемник видеодвойки и включил телевизор. Сначала на экране мерцали белые «хлопья«, потом появилось смутное, не сфокусированное пятно и прозвучал мужской голос: «Тише, тише, не гони!» Резкость изображения улучшилась. Половину экрана заполнил оконный проем автомобиля. Снимали изнутри машины и, похоже, любительской камерой. Я увидел часть улицы, заполненной пешеходами. Повсюду голые деревья, грязные комки снега на обочинах. Зажужжал зум, приближая объект съемки. Голос: «Стой! Тормози! Я их поймал!» Темная металлическая ограда то ли парка, то ли сквера увеличилась в размерах, и в центре кадра оказались двое молодых людей. Высокий парень в кожаной куртке и со спортивной сумкой на плече обнимал крепенькую, как парковая статуя, блондинку. Девушка млела и покусывала парню мочку уха. Пешеходы оборачивались. Старушки хмурились и качали головами. Блондинка потянулась к губам парня, приоткрыла рот, высунула кончик языка…
Я стал перематывать пленку, не выключая воспроизведения. Молодые люди, как заводные куклы, затряслись, задергались, словно под током, продолжая целоваться, но уже с бешеной скоростью, и красный язык девушки показывался между губ с частотой швейной иглы. Вскоре запись закончилась. Ничего другого на этой кассете не было.
То, что я увидел, меня озадачило. Я поставил другую кассету. Там оказался тот же сюжет, но уже с другими действующими лицами. Молодая пара сидела за столиком открытого кафе у фонтана. Парень с коротким светлым «ежиком» потягивал через соломинку коктейль, откинувшись на спинку стула и закинув ногу за ногу. Одной рукой он держал бокал, другая покоилась на оголенной коленке девушки; девушка хихикала, закатывала вверх глазки и что-то отрывисто говорила своему другу. На третьей кассете незамысловатый сюжет повторился, но с той лишь разницей, что теперь события разворачивались рядом с роскошным «Лексусом»: мужчина в дорогом прикиде и с благородной проседью в висках открыл дверь машины и сделал пригласительный жест рукой. Статная, длинноногая женщина в коротком красном платье подошла к машине, повернулась задней частью к сиденью, опустила на него свой тугой овал, после чего перенесла ноги в красных туфельках через порожек.
