Её мама проявила мудрость и, приняв правильное решение, дала ей время успокоиться и занялась младшей дочерью в соседней комнате. Она уже давно заметила, что с Евой, что-то происходит. Она хорошо знала свою дочь и прекрасно понимала, что если Ева сама не захочет поделиться, то её бесполезно, о чем-либо спрашивать. Ну и, конечно же, она догадывалась, что это всё из-за нового мальчика, которого все очень бурно обсуждали во дворе. И как бы ни хотелось ей подойти к дочери и обнять её, приласкать и сказать, что всё будет хорошо, она понимала, что ещё не время. Она понимала, что в таком состоянии любой человек не готов воспринимать какую-либо информацию, а жалость спровоцирует ещё больший поток слез. В этом возрасте всё может полететь прахом в один миг. Каждая маленькая трагедия разыгрывается в мозгу подростка до неимоверных масштабов. И слышать в такие моменты, что всё будет хорошо – это равносильно непониманию всей масштабности трагедии. Что ещё больше отталкивает подростка и увеличивает пропасть между ним и родителями. Поэтому оставалось только ждать, пусть сердце матери и сжималось от осознания того, что её ребёнку сейчас плохо, но помочь она ему ничем не могла.
Все мы, в определённые моменты своей жизни, переживаем этот этап. Конечно, каждой матери хотелось бы, чтобы её ребёнок пережил его без сильных потрясений. Но ни одной матери ещё не удалось уберечь от первой любви своё дитя. Единственное, что остаётся, это хотя бы подстелить что-нибудь мягкое, чтобы при падении её ребёнок, не сильно пострадал.
Сердце матери немного успокоилось, когда она поняла, что слезы её дочери закончились и можно ненавязчиво заглянуть в комнату, и может быть, удастся вывести её на разговор. Её порыв прервал телефонный звонок:
– Алло, – тишина. – Алло! – более настойчиво, произнесла мама Евы.
Ей ничего не ответили, но в трубке было отчётливо слышно дыхание, что говорило о том, что это далеко не сбой на телефонной линии.
– Ох уж эти подростки.
Заглянув в комнату, она отдала трубку Еве:
– На, это видимо тебя.
Но взяв трубку, Ева услышала только короткие гудки. Всё внутри сжалось от ощущения потери. Что-то в её сознании говорило, что это он. Она прижала трубку к сердцу в надежде, что он повторит свою попытку… и он не заставил себя долго ждать, не сговариваясь каждый из них знал, что должен сделать. Она ждала – он позвонил.
Она вздрогнула от звонка, руки задрожали и покрылись испариной. Сердце чеканило свой особый ритм. Страх сковал её. А что она ему скажет? Но желание услышать его голос победило, и она сняла трубку, прислушиваясь к тишине. Его голос застал её врасплох, и она невольно вздрогнула:
– Привет, – такое ощущение, что он обращался напрямую к её сердцу.
Она ещё сильнее вцепилась в трубку и, запинаясь, смогла выговорить:
– Привет, – молчание повисло между ними и оно, было гораздо красноречивей, чем слова. Им обоим, так много хотелось сказать друг другу, но что-то мешало.
– Я просто хотел пожелать тебе спокойной ночи, – только и смог произнести он, дрожащим голосом.
– Спокойной ночи, – повторила его слова Ева… гудки… и облегчение
«Значит, я тоже ему нравлюсь!» – подумала она.
После его звонка страх, куда-то делся, и осталась только уверенность в себе, завтрашнем дне… и в нем.
На следующий день Ева отправилась на прогулку, возлагая большие надежды. Как обычно, она встретилась со своими друзьями во дворе, но не хватало самого главного человека в её жизни. Один из друзей зашёл за Никитой, но его не оказалось дома. Компания разделилась на две команды, и начали играть в свою любимую игру «Казаки – Разбойники», так и прошёл вечер. Одна часть Евы развлекалась, а вторая томилась в ожидании.
Когда начало темнеть, ей ничего не оставалось делать, как в расстроенных чувствах отправиться домой. Зайдя домой, она почувствовала манящий запах ужина и ласковый, наигранно безразличный голос матери:
– Ева! Тебе звонил какой-то мальчик и просил перезвонить ему, как придёшь с прогулки. Вот его номер, – сунув листок бумаги дочери в руки, она ушла обратно на кухню, бросив многозначительный взгляд.
– Да, кстати, иди ужинать, – как бы, между прочим, добавила мама.
Сердце бешено колотилось, а руки пробрала мелкая дрожь, которую казалось уже ничем не остановить. Телефон… Где телефон? Мысли бежали с огромной скоростью, сбивая одна другую. Куда бежать? За что хвататься? И что вообще нужно сделать?
«Так, Ева, возьми себя в руки! Соберись, возьми в руки телефон и просто набери номер! Ага, легко сказать, но сложно сделать!» – мысленно отчитала себя Ева.
Чёткое понимание, что нужно сделать и связанное по рукам и ногам тело, сжатые крепко челюсти, которые по-предательски не дают даже спокойно вздохнуть, не говоря уже о том, чтобы произнести хоть одно слово. Казалось, ничего не может уже победить это нелепое состояние.
«Так нужно сделать два глубоких вдоха, выдоха и успокоиться!» – только через пять минут, дыхательной гимнастики, ей удалось расслабиться и набрать заветный номер телефона.
«Только бы он сам взял трубку, только бы он сам…» – судорожно умоляла она.
