– Мы когда-то часто говорили в своем кругу о мужчинах Кэрью, – ровным голосом произнесла она, – и то, что мы обыкновенно говорили о них, не очень приятно звучало бы для женщины, вышедшей замуж за одного из них. Ты всегда можешь услышать разные истории теперь, войдя в эту семью, и некоторые из этих историй могут быть правдой, несмотря даже на то, что ты замужем именно за Бэлисом Кэрью. Женщина Кэрью никогда не видит ничего дурного в мужчине Кэрью. Это всем известно.
Горячая кровь прилила к щекам Эльзы, и плечи ее судорожно сжались под этой насмешкой.
– Ты хочешь сказать, что считаешь Бэлиса…
– Ну, не принимай это так близко к сердцу, – успокоительно сказала мать. – Я не хочу сплетничать. И никогда не занималась сплетнями. Очень может быть, что Бэлис Кэрью ни на кого не заглядывался до сих пор. Я только рассказываю тебе, что говорят за твоей спиной.
Эльза стояла совершенно ошеломленная, а мать ее спокойно напевала про себя какую-то песенку, снимая кофейник с очага и разливая кофе в чашки, стоявшие на столе. Она не знала, смеяться ей или плакать от неистового гнева, который овладел ею. В конце концов, поставив чашки на поднос и не сказав ни слова, она понесла их в комнату.
Когда она вошла туда и ставила поднос на стол, Клэрис и Риф говорили о Лили и Акселе Фосберге.
– Ужасно странно, – говорил Риф, – что Аксель захотел теперь вдруг все продать и уехать отсюда, как раз когда они уже устроились как следует.
– Это будет страшно тяжело для Лили с маленьким ребенком на руках, – негодующе заявила Клэрис. – Я всегда считала Акселя немного чудаком, но забавно то, что Лили так же, как и он, помешалась на том, чтобы уехать. Имея недоношенного ребенка, она, я нахожу, должна была бы быть умнее и оставаться пока там, где находится. Но о Лили никогда нельзя было угадать, как она поступит.
Эльза взглянула на Рифа, потом на Клэрис.
– Что такое вы говорите о Лили? – спросила она. – Я не слышала об этом.
– Вы не слышали? – ответила Клэрис. – Они решили переселиться на запад. Куда-то неподалеку от Сиэттла. Аксель получил оттуда письмо от одного своего приятеля и внезапно забрал себе в голову переехать туда. Я думала, что вы должны были слышать об этом. Но вы совсем исчезли из виду в последнее время, вас и Бэлиса не видно и не слышно.
– И Аксель продает за бесценок свой земельный участок, – сухим тоном вставил Риф. – Я слышал на днях, что старый Сет Кэрью собирается купить его землю.
Эльза не могла больше слушать их разговор. Аксель и Лили собирались уехать! Что это означало? Что могло это означать, как не то, что Аксель, наконец, узнал все. Аксель Фосберг, полный надежд, гордо строивший свой дом для Лили… и затем вновь строивший его из пепла своих грез с терпением большого безответного животного!
Дядя Фред сидел, размешивая свой кофе и слушая с важным видом.
– Я думаю, что Сет Кэрью вложил все свои деньги в техасское дело, – твердо объявил он, – все, какие мог собрать. Зачем ему земля? Он не может заработать на земле больше, чем на нефти, это ясно! Я сам вложил свои деньги в нефть и рассчитываю провести эту зиму во Флориде. Это мне необходимо при моем кашле.
Эльза поглядела на Рифа, который сидел, откинувшись на своем стуле, и не поднимал глаз от стола.
– Много народу здесь в окрестностях тоже считали так, дядя Фред, – заметил он. – Я думаю, некоторые из них с радостью отказались бы теперь от поездки во Флориду, лишь бы получить обратно свои деньги.
Его губы сжались в прямую линию, глаза сузились и смотрели вдаль.
– Например, Уитни, – сказала Клэрис.
– А что с Уитни, Клэрис? – спросила Эльза, чувствуя, что в ней поднимается раздражение.
– Не одни только Уитни, – загадочно произнес Риф, постукивая пальцами по столу.
Эльза переводила взгляд с одного на другого из сидевших в комнате. Леон уклончиво улыбнулся, выпрямился во весь рост и потянулся. Отец откашлялся, встал и сплюнул в железную печку, затем снова сел, поставил обутые в мягкие туфли ноги на никелированное основание печки. К раздражению Эльзы стала примешиваться смутная тревога.
– Так… Но я не вижу, почему тебе быть таким таинственным по этому поводу, – Эльза прямо посмотрела на Рифа.
Тот пожал плечами.
– Я не пытаюсь скрывать что-нибудь от тебя, Эльза. Просто-напросто люди начинают подозревать, что это предприятие Майкла Кэрью совсем не такое блестящее и верное дело, как он расписывал несколько месяцев назад. Я не хочу сказать, что есть какие-нибудь признаки мошенничества, но… вышло не то, что они ожидали. Когда люди вроде Фанни Ипсмиллер вкладывают в дело свои деньги, они хотят что-нибудь получить за это. Кто-то, какие-то друзья Уитни, живущие в Техасе, предупредили их, чтобы они не вкладывали своих денег в это дело… Ну, и теперь повсюду только об этом и говорят. Вот и все.
