— Нет, тогда бы остались свежие следы побелки на штукатурке, — сказал Миша. — А она вся однородная. Хоть местами и с трещинами, и частично отвалилась. А кое-где и вовсе раскрошилась. Сразу видно, что штукатурили уже давно. Но тайника тут нет.
Или можно еще предположить, что нашли его уже много-много лет назад, после чего колонны и оштукатурили.
— Кому могло понадобиться много лет назад ковыряться в колоннах? — усомнилась Инна. — Это ведь не перекрытия, которые необходимо ремонтировать. Что колонны? Ну стоят себе и пусть стоят. Нет, я думаю, что на картине просто изображены другие колонны, находящиеся совсем в другом месте.
Например, в старой усадьбе Ипатьевых. В какой-нибудь там ротонде или беседке. Или в бывшем бальном зале имения. Да вы сами посмотрите, колонны в этом парадном совсем другого типа, чем те, которые изображены на портрете.
Мы задрали головы вверх и были вынуждены признать, что Инна права. Только сейчас мы увидели то, на что должны были обратить внимание с первого раза. В фойе дома стояли колонны, украшенные сверху всего лишь простыми плитами с несколькими горизонтальными полосами, а на рисунке плиты с боков были снабжены многочисленными завитками, наподобие бараньих рогов.
Обратный путь домой прошел в грустном молчании. Во-первых, снова нужно рыться в книгах, чтобы найти упоминание об усадьбе Ипатьевых, находящейся где-то под Петербургом, потом ехать туда, а еще неизвестно, в каком виде она сохранилась и сохранилась ли вообще. Во-вторых, настораживал тот факт, что кто-то незадолго до нас выстукивал колонны. Это могла быть Вероника, которая шла на шаг впереди нас. И даже если у нее не было ключа от тайника, она могла просто по камешку разобрать колонну и все-таки добыть сокровище.
— Завтра будем искать упоминание об усадьбе Ипатьевых, — сказала Инна. — Не отчаивайтесь!
Юля, а как ты думаешь, тетка Вероники, эта самая Вера Владимировна, не может поточней сказать, где было имение?
— Нет, — покачала головой Юля. — Она и про дом узнала только потому, что ей Вероника о нем рассказала. Вот Вероника, та действительно интересовалась семейными преданиями. Но нам от этого толку чуть.
Мариша вздохнула и предложила лечь спать. Предложение вызвало горячее одобрение, все буквально валились с ног от усталости. Мы с Инной улеглись на широкой кровати, которую нам уступила Юля, сама она устроилась на диване, а Мариша в кресле-кровати. Маришиных кузенов мы отправили ночевать к Инне в квартиру.
Мне показалось, что я только сомкнула глаза, как вдруг меня в бок что-то боднуло. Не открывая глаз, я попыталась отползти подальше от этого чего-то. Но не тут-то было. Я почувствовала у себя на плече чью-то руку, и меня энергично затрясли.
— Дашка, послушай, чего я надумала, — прошептала мне на ухо Инна. — Да ты только послушай! Я, кажется, знаю, где находятся те колонны, в которых сокровище. Честное слово!
Я молчала, надеясь, что она поймет, что я сплю, и угомонится. Слушать сейчас про колонны мне решительно не хотелось.
— Они в доме, — сказала Инна. — Но не в парадном, а в самой квартире Ипатьевых.
Сон словно рукой сняло. Я приподнялась на локте и уставилась на Инну.
— Что ты мелешь? Мы ведь там были, когда шкаф вытаскивали. Никаких колонн в квартире нет.
— Потому что они забиты досками, — сказала Инна. — Помнишь четыре странные кладовки у этой Нины Сергеевны в прихожей? Кому могла прийти в голову такая дикая мысль поставить кладовки прямо на ходу. Они там всем мешают. Но я тебе скажу, в чем дело. Это и были раньше колонны, которые мы ищем, а потом их забили досками.
Я окончательно проснулась и села в кровати.
В Инниных словах был определенный резон. И чем дольше я думала, тем сильней проникалась уверенностью, что Инна в данном случае права.
— И как нам попасть в квартиру? И как простукать колонны? Там ведь люди живут. Это тебе не в парадном ковыряться.
— Пройдем, и все, — сказала Инна. — Я видела, у них на двери всего один замок, и тот хилый. Я его одним пальцем открою. Или ключи подберем, я это умею.
Отметив на всякий случай, что Инну приглашать домой нужно поосторожнее, раз у нее столько разных талантов, я заметила:
— Допустим, войти мы сможем. Но как мы объясним жильцам наше присутствие у них в квартире?
— Никак, — сказала Инна. — Подопрем их двери снаружи, они выйти из своих комнат не смогут, а мы тем временем проверим все колонны. А чтобы милицию не вызвали, мы кабель телефонный перережем.
У них там вся проводка поверху идет. Скрытой проводки в таких домах обычно нет, никому платить за штробление неохота.
— За что? — переспросила я.
— Ну, за канавки в стенах, куда провода укладываются, — пояснила Инна. — Их ведь долбить нужно, а это возни много. Забесплатно никто из мастеров делать не станет. Так к чему это я? Ах да, перережем телефонный кабель, так что потихоньку вызвать милицию они не смогут, а открыто вопить и звать на помощь побоятся.
Мне стало жутко, а Инна пошла будить остальных.
