Совершенно некстати снова вспомнился Тарасик, и изнутри поднялась волна злости. Хрен я позволю ему отнять мой бизнес! Очень надеюсь, Катька со своим знакомым накопает компромат на него. Так, не буду больше думать об этом придурке, в конце концов, у меня сейчас более приятная и подходящая компания есть. Когда мы уже шли к мангалу и беседке, мой взгляд упал на калитку в заборе, и совершенно некстати вспомнились мысли о пляже. М-м-м, может, и правда сегодня выбраться попозже, когда Тимофей к себе уйдёт? Мысль о купании голиком выглядела привлекательнее с каждой минутой, несмотря на некоторую пикантность.
Но пока нас ждали шашлыки и – сосед выразительно так поглядывал на баньку, а потом в мою сторону.
– Надо погреться после твоего заплыва в озере, – наконец заявил он, сосредоточенно наблюдая за углями в мангале. – Думаю, баню можно повторить…
– Если не будешь простыню срывать, – тут же выставила я условие и наставила на него палец, прищурившись.
Брови Тимофея поднялись, а на лице появилась хулиганистая ухмылка.
– Ну Да-а-аш, – протянул он голосом мартовского кота, уговаривающего домашнюю ухоженную кошечку спуститься к нему во двор.
– Не дашь, – отрезала я и поджала губы, скрестив руки на груди. – Мы всего два дня знакомы, чтобы я перед тобой свободно щеголяла в нижнем белье! Если мы один раз поцеловались, это ещё ничего не значит!
– Так давай повторим, я не против! – с воодушевлением тут же предложил Тимофей, шагнув ко мне и распахнув объятия.
Я шарахнулась в сторону, чуть не споткнувшись о кресло, и выпалила:
– Стоять, Фей-искуситель! Никаких поцелуев больше!
На его лице отразилось откровенное разочарование и недоумение.
– Как, вообще? Совсем-совсем? – чисто по-детски переспросил он, поставив брови домиком и глядя на меня грустным взглядом побитой собаки.
Поразительно, какое живое лицо, однако! Невольно снова стала сравнивать – Тарасик всегда старался держать физиономию непроницаемой, дабы окружающие ни в коем случае не узнали, что у него на душе творится. То есть, конечно, он мог улыбаться, даже смеяться, или хмуриться, но выглядело это откровенно говоря слегка наиграно, на публику. Нервно вздохнув, я поспешно перевела тему, потянувшись к тазику с мясом.
– Шашлыки давай делать, – буркнула, чувствуя, что щёки всё же потеплели. – И кто-то там баню собирался греть…
От Фея донёсся душераздирающий вздох, но спорить и настаивать он не стал – молча развернулся и направился к банному домику, оставив меня в компании горячих углей в мангале и мяса. Чёрт, и почему я чувствую себя виноватой, хотя ничего такого не сделала и не сказала?!
Пока сосед занимался баней, я уложила шампуры на мангал и быстренько сбегала домой, переодеться и закутаться в простыню. Признаться, на несколько долгих секунд зависла, выбирая бельё, но потом дала себе мысленный подзатыльник и остановилась на обычном чёрном кружевном комплекте, повседневном, так сказать. И нечего обижаться на меня, я не настолько легкодоступная, что в первые же пару дней знакомства упаду в руки как спелый фрукт. Нет, случайный секс у меня, конечо же, случался, но это было в далёком студенчестве, когда я была легкомысленной и наивной!
Сейчас же я взрослая и немножко умудрённая жизнью, поэтому – нет, никаких поблажек. С этими мыслями я вернулась к мангалу и беседке. Тимофей уже стоял там, следя за мясом, на нём оставались только джинсовые шорты, и мой взгляд невольно заскользил по крепким мышцам и выразительному рельефу, подчёркнутому сейчас резкими тенями от мерцающих углей и фонарей по периметру. Ух…
– Я греться, – непринуждённо заявила, справедливо рассудив, что пока Тимофей занят шашлыками, я спокойненько погреюсь без опасности опять предстать неглиже перед ним.
Сосед лишь кивнул, скользнув по мне взглядом, и опять кольнуло странное, неуютное чувство. Я поспешно скрылась в бане и сразу зашла в парилку, забравшись на верхнюю полку. Так, ну всё, хватит, Дашка. Вы же правда едва знакомы, пусть Тимофей и оказался весьма приятным в общении и внешне ничего так. Тарасик между прочим тоже не сказать, что урод… Прерывисто вздохнув, я уткнулась лбом в скрещенные руки, прикрыв глаза. Нет, определённо, мне нужно время, чтобы разобраться со своими тараканами и перестать видеть в каждом симпатичном и обаятельном мужчине врага. А для этого хотя бы прекратить сравнивать Тимофея и Тарасика. Но целоваться с соседом мне определённо понравилось…
Когда едва слышно скрипнула дверь, впуская предмет моих мыслей, я от неожиданности вздрогнула и вскинула голову, сердце подскочило к горлу, заколотившись там и мешая дышать.
– Мясо готово, – невозмутимо произнёс Тимофей, устроившись на полке ниже. – Идём ужинать?
И вот надо было подыграть, подняться и пойти есть шашлыки, но я зачем-то сказала:
– Прости, я… я просто на днях рассталась с бывшим, мне немножко сложно сейчас…
– Всё нормально, – не дал мне договорить Тимофей. – Это ты извини, меня, бывает заносит, – он едва заметно поморщился. – Ну что, идём, пока ничего не остыло?
