Что взять с неё, она летает в облаках. Ведь как я узнал позже, ей нравится парень. Такая новость заставила меня насторожиться. Сколько я не пытался из неё выжать информацию, все без толку. Пришлось использовать духов. Как вы думаете, кто им оказался? Правильно, самый успеваемый, мрачный одиночка, при всём при этом красавчик в своём классе. Имя этого парня Саске. Тот самый парень, что остановил меня, когда расправлялся с обидчиком. По словам моего фамильяра я понял лишь одно — парень стал ещё сильнее и круче. Полкласса восхищается им и даже боготворит. А особенно это его соседка — девчонка такого же возраста как и Нарука, с розовыми волосами и огромным лбом.
Конечно я преувеличил про её лоб, он сильно выделяется, но не суть. Тут вот какая закавыка, сейчас Нарука окружена краеугольным камнем любви вокруг одного оппонента. Лишь её смекалка и верность двигаться к своей намеченной цели позволят добиться расположения Саске к себе. А если она будет сидеть в его тени, не предпринимая никаких действий, тогда упустит шанс стать чем-то больше, чем другом. Вот тут я, пожалуй, не стану вмешиваться и дам ей идти по течению. Она сама должна доплыть, не используя чужую помощь в этом. Я могу лишь поддержать её в любую минуту и не более.
Незаметно лето стало подходить к концу, уступая подруге осени. Эш с облегчением выдохнул, закончив со мной моё обучение. После стольких мучений он впервые за всю свою жизнь захотел впасть в спячку. Я не стал его останавливать, ведь он уже обучил меня всему, что мне необходимо знать. Теперь я мог спокойно восполнять свою чакру с помощью природной энергии. Эта часть моего плана о беззаботной жизни выполнена. Оставалось лишь самое тяжелое, но его можно пока придержать. Пока время позволяет, почему бы не взглянуть как дела у духов-хранителей.
***
Проснулся ни свет ни заря. Самый час, когда солнце вот-вот начнёт свой восход. Облившись холодной водой, я приготовил завтрак на скорую руку и убедился, что моя подопечная обнимает подушку и нежно спит. Потом, не дожидаясь каких-либо приглашений, я отправился к храму, где сейчас должны отдыхать мои друзья.
После получасовой прогулки я пришел к месту. Как вы думаете, что я увидел там? Не поверите, как не поверил я сам своим глазам.
— Эми, слезь с алтаря, тёте Надзоме и дяде Иккиру не понравится, что ты оставила на их камне следы зубов. Рин, хватит приставать к своей сестре. Ходзуки, выплюнь эту гадость, она несъедобная. Сакура, слезь немедленно с этого дерева, а то упадёшь. Арон, помоги мне угомонить твоих сестёр, — завыл от бессилия мой непоколебимый, первый во всём хранитель огня — Гурен.
Как было приятно смотреть на него со стороны. Бегающего, пытающегося спасти своих непутёвых детей от окружающей опасности. Все его четыре девочки имели единый окрас — белый и одну форму зверя — лиса. Лишь у некоторых проскальзывал красный оттенок в виде хаотической линии в отдельных частях тела. А что касается пятого, он был вылитый отец. Копия! Лишь хвост пушистее и длиннее. Возможно, это передалось от матери.
— Не догонишь, не догонишь, — повторяла одно и то же лисичка, не разбирая дороги, лишь бы убежать от надоедливого папаши. Вот тут она осеклась, врезавшись в мою ногу. Поворотив мордочкой, она хотела начать ругаться. Как приподняла свои лазурные глазки и обомлела. Усмехнувшись, я лишь произнёс:
— Бу! — этого хватило, чтобы её напугать.
— Папочка, помоги! — малышка взвизгнула, опустила уши и что есть сил унесла ноги в сторону семейства, где уже настороженный и готовившийся во всеоружии Гурен загорелся пламенем.
Я медленно вышел из укрытия, почесывая подбородок с невинным лицом. Лисята, все до одной, спрятались за Гуреном. Лишь его отпрыск встал рядом с отцом, обнажив свои клыки. Какая это картина, скажу я вам. Красным пламенем горит мой хранитель, а белоснежные четыре лисенка прячутся за ним, словно снег за костром. Рядом с ним пытается также вспыхнуть гневным пламенем уголёк.
Увидев меня, Гурен сразу же с виноватым видом отстранился. Отрешённый он попытался сказать мне что-то. Но увы, голоса детей заставили его замолчать. Я лишь приблизился к ним на пять метров. Как маленький кролис не выдержал и набросился на меня, кусая за ткань штанов. Я наклонился к нему, схватил его за холку и поднял над собой. Маленькая бестия пыталась вырваться, но всё четно. Все его усилия уходили впустую. Гурен всё также продолжал сидеть неподвижно, ведь сейчас он ничего не может мне сделать или сказать.
Во-первых, он мой хранитель. Во-вторых, по контракту, что мы заключили с ним на крови, он не мог вести личную жизнь впредь, пока я всё ещё жив или пока он служит мне, ведь семья может пагубно повлиять на хранителя. Когда станет выбор, кого спасти — семью или хозяина, он может совершить роковую ошибку. Это как палка в колёса, а такого не должно быть. Вот он и сидит молча, в ожидании участи своего потомства. Сейчас я вправе сделать с ними всё, что угодно.
