— Омё?! — тут выбежал парень в очках лет двадцати. Каштановые растрёпанные волосы, козлиная бородка. Среднего телосложения. Я бы сказал ниже среднего, больше к худощавости. — Почему ты раньше не сказал мне, старик? У него наверняка сломаны рёбра или ещё хуже — повреждены органы, — парень резко снял с меня верхнюю одежду и стал обследовать. — Перелом ребра, кажись, затронула легкое. Видите, как его скрючило. Так, голова? Да что за изверг она. Удивительно, что он ещё в сознании, с такими повреждениями я бы впал в кому.
— Что вы хотите этим сказать? — обеспокоенный Гурен толкнул парня.
— То, что ему ещё повезло остаться в живых. Сейчас ему нужно уснуть. Так мне будет легче его вылечить.
— Но вы сказали, что с такими ранами он должен впасть в кому. Если он уснёт, то кома ему обеспечена.
— Гурен, оставь его. Аматерасу знает свою работу. Он ещё не таких вытаскивал из того света. Сядь со мной и выпей чаю, не нужно ему мешать. Ты лишь усугубишь выздоровление своего шамана, — старик был спокоен во всем. Он выпил чай и продолжил отдыхать.
— Мамору, я буду рядом с тобой, если что-то пойдёт не так, то я вытащу нас, — предупредил меня кролис. Я лишь кивнул ему и закрыл глаза. Аматерасу приложил свою ладонь мне на лоб и через секунду я вырубился.
***
— «Разум — это белый бог, тело — это черный бог. Я — это черный и белый бог. Я — это тот, кто помнит, что было и думает о том, что будет. Я — это тот, кто не в прошлом и не в будущем. Я — это сейчас. Весь мир — это вечное сейчас. Я центр этого мира. Я центр своей реальности», — мой разум странно себя вёл, показывая разные видения. Особенно эти слова, что я мысленно увидел их и произнес себе. Никогда ранее такого со мной не происходило. После драки с Мидзукори, моё больное воображение стало как-то играть со мной, доводя до сумасшествия.
Что за боги такие? Почему я посчитал себя черным и белым богом? Что за центр мира? Одни вопросы, на которых нет ответа. Вот всегда у меня так через пятую точку. Почему нельзя просто как у нормальных людей? Ничего такого сверхъестественного.
Удар, ещё удар. Эти странные удары все учащались, переходя в быстрые барабанные. Последний оказался настолько сильным, что мне пришлось привстать и вобрать свежий воздух в легкие, выходя из сонного состояния.
— Я же сказал, что смогу вытащить его. А ты волновался, грозился мне голову отгрызть. Ещё не было того пациента, который не уходил здоровый от меня, — произнёс он с широкой улыбкой, приподняв нос к верху.
— Не задирай нос, а то точно откушу его, — предупредил его Гурен, подходя ко мне. — Ты как, Мамору? Всё хорошо? Ничего не болит?
— Погоди, не так много вопросов. Скажи, что произошло?
— Как бы сказать… — он замялся.
— Ты был мёртв всего пять минут, — вместо него сообщил мне Аматерасу.
— Как мертв?
— Да просто этот субъект так увлекся изучением твоего тела, что совсем позабыл о лечении. Когда ты стал биться в конвульсиях, он обратил на тебя внимание. Только потом стал тебя вытаскивать из этого состояния.
— Да, у Аматерасу свои тараканы в голове. Когда видит новый субъект для исследования, то всё напрочь забывает. Это его самая плохая привычка. Но когда касается кого-то лечить, ему нет равных в этом. Ты был на том свете всего пять минут. Это конечно плохо, мозг мог пострадать, но с другой стороны, ты сейчас с нами и полностью восстановился. Твоё тело словно заново переродилось, — объяснил старик, попивая чай.
— Умер?! Переродился?! Был лабораторным кроликом для исследования?! Да я вас всех сейчас похороню тут! — выкрикнул я, потянувшись к кукле.
— Стой, Мамору, не нужно так кипятиться. Я понимаю, ты сейчас на взводе. Сделай глубокий вдох и спокойно выдохни. Ты сам виноват, что влез в драку. Подверг себя опасности и при этом навредил своему телу. Тебя тут вылечили и вернули тело в норму. Да, конечно, были грехи, не спорю. Но всё прошло хорошо, ты жив и здоров. Вместо того, чтобы угрожать, мог для начала поблагодарить старейшину Уши и Аматерасу, а то мог бы стать едой для Ёкаев на фестивале, — аргумент, приведённый Гуреном, заставил меня остыть. Я осмотрел своё тело на ранние повреждения, но ничего такого не наблюдалась. Руки полностью здоровы и вывиха больше не ощущал на плече.
— Как ты за такое короткое время ты смог вылечить меня?
— Хм… спрашиваешь как? Да очень просто. Я заставил твои клетки регенерироваться в пять, нет, в десять раз быстрее. Это включило, так называемую, регенерацию тела. Через час ты был как новенький, — подобно профессору, он поправил очки и прочитал мне лекцию по анатомии.
— Тогда ответь мне лишь на один вопрос. Какие последствия после этой регенерации? — тут он замолчал, отворачиваясь.
— Ну, понимаешь… Я думал ты не задашь этот вопрос и я поэтому не готовился. Смотри, какая интересная родинка у тебя, — он стал уходить в сторону от моей темы.
— Какие?! — это заставило его дернуться.
— В нашей жизни есть определённое количество деления клеток. Если заставить их делиться не по своей воле, так сказать из вне, то у человека сокращается жизнь.
