Во время эпидемии в Шанхае каждый день через официальный аккаунт в мессенджере WeChat публиковались последние новости о пневмонии, вызванной коронавирусом нового типа. Позже я вспомнил, как однажды появилась информация о двух подтвержденных случаях заболевания, причем в анамнезе у заразившихся не имелось контактов с провинцией Хубэй. В дальнейшем никаких других сведений об этих случаях не поступало. Горожане были очень обеспокоены и жаждали знать, что же произошло на самом деле. В репортаже об этом тоже упоминалось.
Чжоу Ци рассказал, что в то время внимание общественности было буквально приковано к этой новости, и один из упомянутых случаев был как раз в районе Сюйхуэй:
– Наша группа провела там повторное масштабное расследование, и после нескольких этапов дополнительной проверки мы решили сосредоточить свои усилия на Южном железнодорожном вокзале Шанхая. Выяснилось следующее. Когда пациент делал там пересадку, поезд, следующий по маршруту Хубэй – Шанхай, прибыл туда же, на Южный вокзал. Платформы находились совсем рядом, и в обоих поездах были подтвержденные случаи заболевания. Поэтому нельзя сказать, что заболевший не имел контактов с провинцией Хубэй.
Всего несколько простых слов – и новостная сводка приобрела другой смысл. За этим стоят усилия сотрудников группы эпидемиологических расследований, их огромная настойчивость и преданность своему делу. Чаяния всех, кто занимается сбором эпидемиологического анамнеза, слышится в словах Чжоу Ци: «Я надеюсь на точность и правильность всех сведений, составляющих общую картину развития событий. Это единственный принцип, которым можно руководствоваться, ведя эту “холодную войну”, и только так мы способны оказать горожанам максимальную помощь!»
В этом репортаже видна волнующая, захватывающая и очень опасная работа по проведению эпидемиологических расследований в Шанхае. Успехи и неудачи этой работы определяют, в каком направлении будет развиваться эпидемия. Естественно, именно это больше всего волнует и меня, и всех горожан.
Среди моих знакомых тоже были сотрудники подобных служб, что позволяло мне получать информацию о развитии эпидемии из первых рук.
– Сколько подтвержденных случаев заболевания сейчас в Шанхае? Я хочу оценить текущий статус эпидемии и спрогнозировать ее развитие в городе. Это важно для понимания нынешнего положения и будущего 24 миллионов человек.
– Всего диагностировано 33 случая! Из них тридцать человек сейчас находятся в относительно стабильном состоянии, а двое – в критическом…
– Вы собрали эпидемиологический анализ для всех 33 подтвержденных случаев?
– Для некоторых уже собрали, а для остальных как раз сейчас собираем…
– Успеваете?
– Даже если не успеваем, всё равно надо сделать.
– А сотрудников хватает?
– Сейчас всего несколько десятков подтвержденных случаев, это не так много, поэтому справляемся. Главное – не получить разом сотни или тысячи заболевших, как это было в Мсане… Вот тогда это точно будет очень хлопотно!
– Возможна ли такая ситуация в Шанхае?
– Вряд ли кто-то может сказать точно…
Мое сердце сжалось в тревоге… Оно сжималось снова и снова.
– Поэтому и необходимы раннее выявление и раннее исключение диагноза, лечение и изоляция на ранней стадии… Короче говоря, никаких колебаний, все действия должны быть быстрыми и решительными. Нужно любой ценой стараться минимизировать угрозу эпидемии. Товарищ Хэ, могу вас успокоить. В отношении борьбы с эпидемией в Шанхае я склоняюсь к благоприятному прогнозу, так как вижу умелое руководство со стороны нашего начальства, опыт и старательность рядовых сотрудников, а у горожан – осознанное отношение к проблеме и желание помочь.
– Это хорошо! Тогда продолжайте работать, не буду больше вас отвлекать. И не переутомляйтесь, настоятельно прошу вас. Берегите себя.
– Спасибо! Остаемся на связи.
Всего лишь один звонок позволил мне получить важные «разведданные» и быть в курсе текущей ситуации с самого начала распространения эпидемии в Шанхае.
Пока я беззаботно общался со своими друзьями, полномасштабная война с эпидемией в Шанхае велась на всех фронтах. В истории города эта битва не имеет аналогов.