И, понимая это, Александра все же постаралась по возможности справиться со своими страхами, и так и не ответив на приветствие, села в предложенное кресло. Руки лежали при этом на столе, сцепленные в замок. Взгляд ее был направлен прямо перед собой, что как ей казалось поможет сохранить спокойствие, потому как хозяин кабинета сильно нервировал. Впрочем, в этом плане за несколько лет ничего не изменилось. Да сам он мало изменился. Все такой же надменный поддонок. Разве что вальяжности в движениях прибавилось, да взгляд еще более тяжелый стал. От него то возможно Александра и отвернулась. Никогда не могла его выдержать.
Ахметов, не спрашивая о ее желаниях, позвонил секретарше и приказал принести кофе. Он на самом деле никуда не торопился. Но у нее, напротив, было стойкое желание, как можно скорее покинуть это помещение, потому как просто даже дышать рядом с этим человеком было затруднительно. Поэтому, набравшись духу, Александра сразу решила перейти к делу:
- Чего ты хочешь? – Церемонии разводить даже не думала, так что обратилась к хозяину кабинета на «ты». А голос звучал как никогда по-деловому, как бы этим самым устанавливая между ними некие рамки. В это время зашла секретарша, которая быстро поставив перед ними кофе, тут же удалилась. Ахметов же совсем не торопился отвечать ей. Боковым зрением она видела, что он пристально разглядывал ее, периодически при этом поднося ко рту чашку и делая глоток. Своей самоуверенностью он, действительно, сейчас сильно раздражал. И она думала только о том, как бы не сорваться.
Казалось, вопрос Александры он просто напросто проигнорировал. Но потом, поставив чашку на стол, все же поднялся. И, неожиданно подойдя совсем близко к девушке, отчего она невольно напряглась, положил перед ней на стол какие-то бумаги, кинув при этом достаточно небрежно:
- Чистая формальность, только для того, чтобы избежать ненужных разговоров.
Мельком глянув, увидела, что это тест ДНК. Ну в общем то, после произошедшего в садике, к этому она уже была готова, так что подробно изучать документ желания не было. Да она и до этого не собиралась отрицать, что ребенок его. Не было в этом никакого смысла. Максим был копией Ахметова. Напротив, это иногда Александру подозревали, что она усыновила Максима, настолько они были разные. Вроде как она слишком светленькая для такого темноволосого мальчика. Как же порой это ее расстраивало, чуть ли не до слез доводило…
Попытавшись отогнать, все эти нелепые мысли, Александра все же решилась наконец прямо посмотреть на Ахметова. Их взгляды встретились, почти схлестнулись, отчего она нервно сглотнула. Все же нелегко ей все это давалось, тем более он и на грамм не помогал ей, а напротив, своим спокойствием, которого Александре так не доставало, все больше и больше изводил ее. Вел себя так, словно уже заранее знал, чем все закончится.
После того, как вволю насмотрелся на девушку, он очень твердо и в то же время довольно конкретно произнес:
- Я хочу сам воспитывать своего сына.
Конечно она этого ожидала. Уж точно не в любви Ахметов собирался ей признаться, когда приглашал на встречу. Поэтому в какой-то степени была готова. Хотя разве к такому можно по-настоящему подготовиться. И все же Александра еще до того, как приехала сюда, как шахматист пыталась предвидеть ходы противника, ведь Ахметов явно ей другом не был. И именно потому, что знала его достаточно хорошо, понимала, просто сказать «нет» напрасная затея. Это точно не произведет на него впечатления. Ахметов не отступит. Ей жизненно необходимо было хотя бы обойтись, что называется, малой кровью. И он был прав, вести никчемные разговоры или тем более попытаться каким-то образом воздействовать на его совесть, не имело смысла. Пустая трата времени. Такие люди об этом имели самое отдаленное представление. С Ахметовым можно было говорить только на его же языке, языке конкретики. Без всей этой сентиментальной лабуды про права и как он только посмел заикнуться о таком, и прочей хрени. Поэтому как бы тяжело ей не было сейчас, Александра все же, пересилив себя, произнесла то, что категорически не хотела говорить, но у нее просто выхода другого не осталось:
- Мы могли бы это обсудить. – Слова дались ей с неимоверным трудом. Она снова отвернулась. Было огромное желание, накричать на него или просто послать к черту.
- Давай обсудим, - вроде как снизошел он до нее. Ахметов также, чуть поддавшись вперед, положил сцепленные в замок руки прямо перед собой.
Слегка откашлявшись и стараясь не обращать внимания на его тон и ухмылку, Александра продолжила:
- Я считаю, чтобы провести с Максимом время, ты мог бы забирать его на несколько часов в субботу или в воскресенье, - произнося это, ей казалось, что она предает саму себя, но и хорошо при этом осознавала, начни она войну с Ахметовым, без сомнения проиграет. И это в данном случае была не трусость, а абсолютно трезвое видение ситуации.