- В общем, как ты должна понимать, своих условий я не изменю. Максимум через три дня вы с Максимом должны переехать ко мне. А, если нет, я начну действовать по-другому. Не хочешь по-хорошему, будет по-плохому, - произнес он вроде как абсолютно ровным голосом, а ей показалось, что в нее выстрелили. В упор, прямо в висок.
Все, это уже слишком. Александра была сыта по горло. Резко поднявшись, она чуть не опрокинула стул. Ее глаза гневно сверкали. Сейчас она даже не думала скрывать свою ненависть или хоть как то притормаживать. Сдерживаться и проявлять благоразумие уже больше точно не входило в ее планы.
- Это ты смирись с тем, что Максим только мой сын! – выкрикнула она в запальчивости. – Надумаешь подойти к нему, ближе, чем на сто метров, я обращусь в полицию. Или сама тебя убью!
Но на него конечно ее угрозы не произвели впечатления. Он нехорошо усмехнулся.
- Хочешь телефончик прокурора дам? Прямой кстати…
С каким же снисхождением он на нее смотрел. Александре как никогда в жизни хотелось ударить человека, сильно ударить. Да что говорить, действительно, просто убить. Даже кулаки сжала, отчего ногти больно впились в ладони. Понимая всю бесполезность любых слов, она резко развернулась и направилась к двери. А, когда уже взялась было за ручку, вдруг услышала за спиной:
- Если Филатов надумает в это ввязаться, пусть пеняет на себя. Раздавлю. – От его слов, а еще больше от интонации, с которой они были сказаны, у нее мороз по коже прошел. На этот раз он говорил с явной угрозой, которую даже не думал скрывать.
Александра замерла, сжав при этом зубы так, что казалось, они сейчас раскрошатся. Столько злости в ней еще никогда не было. Она бурлила, клокотала, сжигала изнутри. Однако при этом, когда Ахметов только упомянул Филатова, Александра поняла, что не сможет вот так сразу уйти, как бы ни терпелось это сделать, не могла позволить себе подобной роскоши. Она просто стояла, не оборачиваясь, и ждала от хозяина кабинета продолжения. И он не стал ее томить.
- Возможно ты не в курсе, но у твоего любовничка большие проблемы. Этому мажоришке мало было того, что он имел, поэтому решил ввязаться во взрослые игры. И ходит сейчас по самому краю, так что имей в виду, как только ты скажешь ему одно только слово, и он вступит в игру, мне достаточно будет его слегка подтолкнуть, и все рухнет, он останется без компании. А может случится, что и похуже. Его кредиторы и те, с кем он по глупости связался, серьезные ребята. И свое захотят получить сполна. Ты ничего при этом не выгадаешь. Он тебе уже ничем не сможет помочь, потому как надо будет спасть собственную задницу. К тому же, его кредиторов я хорошо знаю. Их у него очень много. И чтобы они начали действовать активнее и для того, чтобы окончательно свалить его, надо совсем немного, не хватает только команды «фас». – Он сделал многозначительную паузу, а потом безжалостно закончил:
- И поверь, я отдам эту команду, даже не задумываясь.
Ахметов наконец замолчал, а Александра зажмурила ненадолго глаза. И, как ни странно, она ему сразу поверила. У него было много грехов, но пустой бравады точно среди них не было. Его осведомленность и уверенность в том, что он говорил, просто убивали. Казалось чуть двинься, и она просто тут же рухнет. Такое было волнение, что дыхание перехватывало и с ног сбивало. Еще немного и она уже не выдержит. Но через некоторое время, поглубже вдохнув воздуха в легкие, все же открыла глаза, и, так и не обернувшись, на абсолютно деревянных ногах вышла из кабинета. Ей сейчас нужно было просто добраться до дома, сделать совсем небольшую паузу, иначе сердце не выдержит. А потом она непременно что-нибудь придумает. Обязательно. Только дух переведет…
Смотря в окно машины, которая везла ее домой, Александра чувствовала полное опустошение, до мерзости тупое и бессмысленное. А глаза застилала плотная липкая пелена из слез. Умом она понимала, что должна сейчас как никогда быть собранной, ведь необходимо что-нибудь придумать и действовать. Но ничего с собой поделать не могла. В данный момент она чувствовала себя, как никогда слабой и безвольной. А, когда оказалась дома, не выдержала и позвонила Олегу.
- Да, дорогая, - отозвался он сразу же. Голос был до невозможности уставшим. Александра даже на расстоянии это почувствовала.
- Олег, как ты? Еще не скоро приедешь? - произнесла она совсем не своим голосом, на что он сразу всполошился.
- У тебя что-то случилось?
- Нет, просто соскучилась. – Она не хотела ему мешать, но чувство одиночества в данный момент просто добивало ее.
- Я тоже соскучился, даже не сомневайся. Но ты же знаешь, не могу сейчас приехать. Отцу хуже стало. Мы с матерью по очереди дежурим.
- Да, конечно, я понимаю, - тут же отозвалась она и вытерла слезы, стараясь при этом всеми силами справиться с голосом. – Ни о чем не беспокойся. У меня все хорошо.